что нет на свете силы, чтоб справиться со злом;

что сила — это право, а слабый будь рабом;

и вся цивилизация, эпоха христианства —

обман, не что иное, как ложь и шарлатанство.

Насильник — прав, и слава ему с былых времен,

любой под небосводом инстинкту подчинен;

да, Каин — это кровник и зло — змея; от века

доныне это сущность, природа человека.

Но, муза гнева, это такой ужасный суд!

Проверить все же нужно, ошибки нет ли тут?

Ведь как наш век ни страшен, и в лихолетье это

не остается голос правдивый без ответа.

Виновник страшных зрелищ, весь кровью обагрен,

наш век, — в резне, в разврате и в войнах тонет он!

Чудовищный, порою он подает, примеры

и доблести и чести! Есть в мире изуверы,

как гений преступлений и изверг Эллиот,

как Дизраэли, Дэрби — их окаянный род

Христа торгует кровью, а идол Ватикана

стал, римский папа, ныне союзником Корана, —

чудовище!.. Однако и подлинных мужей

эпоха наша знает — по чёсти служат ей:

защитник слабых Рассель, отважный, благородный,

и славный Гарибальди, великий вождь народный,

чей голос против рабства слыхали мы не раз,

для тирании грозный и сладостный для нас.

Гладстон, и Брайт, и Странгфорд, Фарлей ,

Гюго — все те,

чьи имена сияют, как звезды в темноте,

в дни девятнадцатого столь горестного века,

они — друзья и братья, защита человека.

В какой же век живем мы? В какой? В котором зло,

добро уничтожая, победно расцвело.

Эпоха против рабства, насилья возроптала;

тиран же хочет мира во что бы то ни стало.

Противоречье?..— Сцена, где революций свет,

прогресс и мир, а рядом башибузуков след.

Да, крест и полумесяц лобзаются без срама,

Кадит пред Магометом Пий римский фимиамом;

благословен Мурадом, Канариса сын грек,

своих сжигает братьев... Так вот он, этот век:

букашку опекают, не знает бык печали,

народ же целый брошен тиранам, чтоб терзали.