— И с кем же общалась графиня? — выругавшись про себя, спросил я.

Надо же было так пролететь! Раз мы уехали на пляж, я почему-то сразу отбросил наших девушек в качестве свидетельниц, не подумав, что между разговором наследника и поездкой к побережью прошло еще немало времени, и они могли что-то видеть. Без сомнения, занятия с магами влияли на мои умственные способности не лучшим образом. Надо будет поговорить об этом с Зантором.

— Гали вышла из комнат графини Барнель, — ответила Адель. — При этом она выглядела какой-то злой, что ли. Да, злой и растерянной одновременно. Но я тогда мыслями была уже на берегу и не обратила на нее внимания. А сейчас ты сказал, и я вспомнила. Если хочешь, я могу поговорить с женщинами и еще что-нибудь узнать.

— Не вздумай, — предупредил я. — Хватит нам и одной покойницы. Скажешь служанкам перенести вещи и сразу же иди ко мне. А я после занятий вернусь к себе, а потом навещу эту Барнель. Как ее зовут?

— Лира ее зовут, — сказала Адель. — Только ее мало кто из наших дам зовет по имени. Стервозная и высокомерная особа. Она и к Гали прилипла только после того, как всем стало понятно, что наследник увлекся ею всерьез. Ладно, я побежала!

— Прекрасная девушка, — сказал о моей любви Сигар после того, как принцесса с графиней разбежались, оставив нас одних. — Постарайся не дать ее в обиду. Я не заговорщиков имею в виду, а двор. Быть любовницей наследника почетно, а вот у подруги младшего принца, если она ему не жена, доля не такая завидная. А Адель к тому же сирота, да еще с севера, а у нас к северянам часто относятся снисходительно, а то и с издевкой, хотя они такого отношения совсем не заслуживают. Ладно, закрываем дверь в подвал и идем в зал. Скорее всего, сейчас там будут стражники, но и нам с тобой железа хватит.

Он как в воду глядел: в зале проводили учебные схватки три пары стражников и еще с десяток за ними наблюдали. Наблюдавшие нас поприветствовали, а дерущиеся по традиции на входивших в зал не отвлекались. Мы им не стали мешать и пошли в угол, где были сложены гантели.

— Позанимаемся еще декаду, и Зантор тебе сбросит все приемы, а потом и мы потихоньку начнем махать мечами, — сказал мне Сигар. — Снимай тунику и начнем.

Мы больше часа, не разгибаясь, делали упражнения, а потом пошли мыться во что-то вроде душа, только вода в этой купальне не разбрызгивалась, а лилась сверху струей. Обмывшись, мы вытерлись висевшими здесь же полотенцами, оделись и разошлись по своим комнатам. В спальне уже ждала Адель, которая при моем появлении спрыгнула с кровати и повисла у меня на шее. Любовные игры заняли нас как раз до ужина, который мы впервые ели вдвоем.

— Не буду переедать, — сказал я ей, съев немного чего-то похожего на творожную запеканку со сметаной. — Сейчас схожу к вашей стервозной графине, а ты, когда закончишь есть, собери в две вазы все оставшиеся фрукты и сладкие пирожки и поставь на столик у кровати. Завтра утром мы все это съедим.

— Утром будет завтрак, — сказала Адель. — Зачем перебивать аппетит?

— Если ты не захочешь, я все съем сам, — пообещал я. — Это ты встаешь перед самым завтраком, а я просыпаюсь гораздо раньше. Так сделаешь, или я зря устраивал тебе переселение, и все нужно делать самому?

— Иди, обжора! — засмеялась она. — Будут тебе пирожки.

В женском общежитии, как я про себя назвал комнаты для дворянок, меня ждал облом, да еще какой! Нет, графиню Барнель никто не травил, но когда я спросил у одной из дам, где расположены ее комнаты, мне показали и добавили, что сегодня вскоре после обеда нужная мне барышня спешно собралась и уехала в свое родовое имение. Было ясно, что, узнав о моих художествах, эта стерва просто удрала подальше от столицы. Я разозлился и провел следствие, напугав всех дворянок кучей каверзных вопросов и зловещих намеков. В результате выяснилось следующее. Имение графов Барнель располагалось у окончания восточного горного тракта возле самых Игримских гор, а уехала графиня в своей карете, причем настояла, чтобы в нее впрягли из дворцовых конюшен не четырех, а шестерых коней. И кучеров ей дали двух, а не одного, как положено. Погоню послать можно, но она догонит эту стерву уже в ее имении. Три дня туда, да столько же обратно… И толку-то, если у меня все равно нет никаких доказательств. Одна надежда на допрос с магией. Но время я уже потерял. Немного подумав, я связался с бароном Вованом.

— Вы сейчас где? — спросил я его. — Ах у себя! А почему еще не у меня? Чтобы через пару минут явились ко мне, иначе я пошлю за вами гвардейцев!

Мысленно общался я с ним по пути в свои комнаты. Зайдя в гостиную, я попросил открывшую дверь в спальню Адель еще немного поскучать в одиночестве и не обращать внимание на крики, если они будут. Вован появился следом за мной, слегка задыхаясь от быстрого бега.

— Сядьте! — указал я ему на один из стульев. — Скажите, барон, для кого пишутся правила?

— Смотря какие, милорд, — испуганно ответил он. — Я, если честно, не понял, о чем вы говорите.

— У графини Барнель при смерти любимый батюшка? — спросил я, заметив, что его страх перерос в панику. — Или что-то случилось с ее матушкой?

— Насколько я знаю, ничего такого нет, — промямлил он.

— Тогда за каким демоном вы ей дали шестерку лошадей и двух кучеров! — заорал я. — У нее под ногами горела земля? Или правила писаны не для вас?

— Она соскучилась… — дрожащим голосом сказал Вован.

— Врете и не краснеете, милейший! — оборвал я его. — Если вы мне немедленно не дадите хоть какого-нибудь объяснения, отсюда уйдете не один и не в свои комнаты!

— Мы были близки с графиней, — выдавил он из себя. — Мне было бы трудно ей отказать.

Вроде не соврал, но и всей правды не сказал. Ладно, буду его дожимать завтра с помощью Зантора. Я все еще очень плохо ориентировался в местных реалиях и не смог бы грамотно провести допрос. Мало знать, врут тебе или говорят правду, нужно было еще уметь задавать правильные вопросы.