На великом пути в Беспредельность нужно научиться распознавать лики. Они иногда очень обманчивы.

Помню, в вестибюле Центральной библиотеки подошел высокого роста мужчина и очень вежливо, как бы стесняясь своей просьбы, просил меня назначить время, когда бы он мог принести мне свой литературный труд для просмотра и оценки. В то время я был известен жителям города Харбина в Маньчжурии как начинающий писатель рассказов, затрагивающих духовный мир человека. Просьба незнакомца польстила моему самолюбию молодого литератора и я назначил ему свидание на 7 часов вечера в моей квартире.

Случилось так, что к этому времени дети и моя жена все ушли в кино, и когда пришел посетитель, мы с ним оказались одни в целом доме. Сели за стол друг против друга, и посетитель выложил на стол большую тетрадь. Оказалось – ее автор задался целью составить международный календарь. Из него полностью были удалены все доныне праздновавшиеся праздники, по-новому распределены дни месяцев и, в общем, календарь представлял какую-то дикую чушь невежественного человека с грубыми наклонностями. Он стал делать пояснения к своему странному творению и вдруг признался, что чрезвычайно любит, когда перед ним стоит до смерти напуганная женщина, дрожащая от страха. Мое воображение подсказало, что в эти мгновения он видит себя самого с ножом в руках... Стало ясно, что предо мною – садист.

В доме было необыкновенно тихо. Это была окраина города, и с улицы не доносилось ни малейшего шума. Я обратил внимание, что мужчина был необыкновенно могучего телосложения и глаза его хитро поблескивали. Я ощутил, что в мою душу начинает заползать страх – мне стоило некоторого труда стряхнуть его, и я, по возможности вежливо, объявил посетителю, что его труд не может расчитывать на успех. Мужчина ушел, оставив долгодлящееся угнетающее впечатление.

* * *

Можете черпать мудрость сравнений розных ликов.

«Л.С.М.», стр. 54.

Опять лик. Его привел ко мне Б.Н.А., ныне пребывающий в Т.М. Тогда мы оба состояли членами кружка Агни Йоги. Б.Н.А. представил мне прибывшего с ним человека как кандидата, желающего присоединиться к нашему кружку. Кандидат выглядел вполне обычным человеком и в кратком разговоре дал нам понять, что обладает некоторыми оккультными познаниями и способностями, в частности, – сильно действующей мыслью. Далее он сообщил, что именно из-за этой его способности некая оккультная организация темных предложила ему легкую и хорошо оплачиваемую должность: он должен был всего несколько раз в день посылать в пространство мысли, письменно изложенные его хозяевами... Совесть якобы не позволила кандидату согласиться на такое предложение и он, желая служить Свету, просится в наш кружок...

На словах все выглядело прекрасно, но поражала одна особенность: у кандидата был тяжелый взгляд. Да, да, именно тяжелый – иначе не назовешь. Когда он глядел на меня, я ощущал на лице, особенно около глаз, как бы физическое прикосновение – нечто вроде ползающей мухи. И это было так сильно и неприятно, что хотелось поморщиться.

Кандидат был вежлив и любезен, и тем не менее – тягостен.

Мы попросили у него фотографию с тем, чтобы отослать ее нашему руководителю, который должен был решить вопрос о приеме кандидата.

Карточку мы получили и отослали, куда следовало, а оттуда пришел краткий нагоняй: «неужели ваши восприятия и интуиция не могли сами вам подсказать, что перед вами служитель зла!»

* * *

Я рок ускоряю и на пути учу явлениям ликов.

«Л.С.М.», стр. 44

Явил новые лики - учитесь.

«Л.С.М.», стр. 65.

Бывает и другое – старые друзья по прошлым жизням тянутся к тем, кого когда-то любили. Трогательно вспоминать маленького мальчика в Балхаше, который, увидя меня проходящим по улице, всегда выбегал, приветствовал меня, прижимался к моим ногам. Однажды вынес мне конфетку.

Был и другой мальчик, который подбегал ко мне на улице. Но он большей частью спрашивал меня о какой-то птичке, видимо, погибшей. Спрашивал: вернется ли?

Много их, ликов, и прекрасных и страшных, и серых, и надо в них разбираться.

Забавно, что лицемерные маски людей в моем сознании ассоциируются с неким аналогом в природе.

Во время гражданской войны мне довелось побывать на Сосновой пади, маленьком железнодорожном разъезде у самой границы России с Китаем.

Было лето. Разъезд уютно расположился на краю пади. Поблескивает на солнышке изгиб рельс на крутом откосе дороги. Бровки насыпи не нарушены, все подметено и как бы причесано. По обеим сторонам дороги пышная тайга, кудрявые деревья стройны и высоки: под откосом по низине кустарник и трава в рост человека.