Не сумев дозвониться до Мелиссы в Нью-Йорк, Ник заподозрил подвох и навел справки в администрации гостиницы. Ему сказали, что госпожа Фаррелл выписалась и уехала. Тогда он позвонил в Беллвуд. Трубку взяла Роза.

— Мелисса здесь, — сказала она. — Но мне не хотелось бы будить ее, Ник. Она так устала с дороги! Эта жара в Нью-Йорке ее совершенно измотала, не говоря уже о соревнованиях. Мне звонила Кэти, она рекомендовала Мелиссе немного отдохнуть дома.

— Понимаю, — сказал Ник, — тогда я завтра выеду к вам.

— Вот и чудесно! — воскликнула Роза. — Мелисса обрадуется.

Заглянув к дочери спустя некоторое время, чтобы пригласить ее выпить с ней чашку чаю, Роза с тревогой отметила, что та все еще спит. Вид у нее был как у заезженной лошади: лицо осунулось, под глазами обозначились темные круги. Оставив бутерброды и молоко на ночном столике в изголовье кровати, Роза потихоньку прикрыла за собой дверь спальни, утешаясь надеждой, что внезапный приезд Ника поднимет дочери настроение.

— Как, Ник приезжает сюда уже сегодня? — выслушав мать, испуганно воскликнула Мелисса на следующее утро. — Нет, я не готова к этой встрече. Ты можешь отвезти меня в аэропорт?

— Нет, я не стану этого делать! — решительно ответила Роза. — Ты никуда отсюда не поедешь! Почему ты не хочешь видеть Ника?

— Я не могу! — расхныкалась дочь. — Он меня возненавидит!

— Почему? — удивилась Роза. — Ты ему изменила?

— Нет, — покачала головой Мелисса. — Дело не в этом.

— Так в чем же? — нахмурилась Роза.

— Я не могу тебе этого сказать, — потупилась дочь. — Ты тоже возненавидишь меня!

— Никогда, — сказала Роза. — Что бы ты ни натворила, я всегда буду любить тебя, моя милая. Ты поймешь это, когда сама станешь матерью…

Мелисса разрыдалась. Роза обняла ее и приказала:

— Выкладывай начистоту!

— Я не хотела… — сквозь слезы пробормотала Мелисса. — Но и беременеть я тоже не собиралась. — Она снова разрыдалась.

Роза вздохнула, зажмурившись: о Боже, только не это! Взяв себя в руки, она вытянула из дочери подробности случившегося и нахмурилась:

— Но кто же помог тебе так быстро все это устроить?

— Знакомые, — ушла от ответа Мелисса.

— И ты не проходила никакого предварительного обследования?

— Нет, — помрачнела Мелисса. — Я хотела покончить с этим как можно скорее. Но, кажется, я зря поторопилась…

— Да, возможны серьезные осложнения, — вздохнула Роза.

— Ты не могла бы сказать Нику, что я уехала? — с мольбой посмотрела на нее Мелисса.

— Нет, — с сожалением ответила Роза. — Тебе придется с ним встретиться. Он крайне взволнован.

— Что же я ему скажу?

— Придется рассказать ему всю правду… О Боже, он, похоже, уже здесь! — охнула она, увидев в окно знакомый автомобиль.

— Нет, я к этому не готова, — пискнула Мелисса и с головой накрылась одеялом. — Ступай встреть его внизу, мама!

— Привет! — жизнерадостно воскликнул Ник, войдя в дом. — Как она себя чувствует? Надеюсь, ей стало лучше?

— Боюсь, что нет, — сказала Роза. — Постарайся все правильно понять! — добавила она, заметив, как изменилось его лицо.

— Где она? — спросил Ник, направляясь к лестнице.

— В спальне, — ответила Роза, провожая его испуганным взглядом.

Напротив двери комнаты Мелиссы Ник замер, не решаясь сразу войти. Он чувствовал, что не готов к предстоящему разговору. Мысли его путались. Неужели она изменила ему? Глубоко вздохнув, он толкнул дверь и шагнул в спальню. Мелисса лежала в постели, лицо ее было мокрым от слез и очень бледным.

— Посмотри мне в глаза, — тихо попросил он.

— Я не могу, — прошептала она.

— Ты все еще любишь меня?

— Да, — кивнула она, и у него отлегло от сердца.

— Тогда мы все уладим, — спокойно сказал он, присаживаясь на край кровати.

— Мама уже все тебе рассказала? — с надеждой спросила она.

— Нет. А что она должна была мне рассказать, Мелисса? — звенящим голосом спросил Ник.

Мелисса закусила губу: значит, ей придется все объяснять самой. Какой же дурой она была, рассчитывая, что сможет скрыть правду и продолжать все, как раньше, словно ничего и не произошло!

Она села на кровати, нервно теребя пальцами одеяло, посмотрела на Ника, но тотчас же отвела взгляд, увидев на его лице тревогу и боль.

Как же она перенесет выражение презрения и ненависти, которое непременно появится на нем, едва лишь он услышит правду!

— Мелисса! — воскликнул Ник. — Не своди меня с ума! Что стряслось? Говори!

— Понимаешь… В ту последнюю ночь в отеле «Красный лев» я забыла принять таблетку… — Она проглотила ком и вздохнула: Боже, как это трудно!

— Ты забеременела? — обрадовался Ник. — Это прекрасно!