– Вы убили их?
– испугано прижав руки к большой груди, прошептала орка.

Я промолчала, глядя в ее черные глаза.

– Как тебя зовут?
– спросила я, чтобы перевести тему. Да и не надо оркам знать, что случилось в пустыне на самом деле. Они все равно не поймут и не поверят.

– Ромали, - смущено улыбнулась девушка.

– Приятно познакомится, Ромали. А меня зови...

– Нет, госпожа, нет. Дева не должна говорить никому своего имени, - оборвала меня девушка.

– Да?
– удивлено протянула я.
– Ну ладно, - я не стала спорить и задавать свое извечное 'почему'. Тем более что мы с Ромали, вероятно, больше никогда и не увидимся, так что мое имя ей ни к чему. Для орков я навсегда останусь той, которая выполняла приказания их любимой девы-воина. Кажется, во мне заговорила зависть и тщеславие. Пора задавить эту гадину на корню, пока не разрослась.

Пока я тут маялась от стыда за саму себя, Ромали открыла тяжелый сундук и стала перерывать все вещи. Почти что на самом дне она нашла что-то подходящее и радостно взвизгнула, чем вызвала мою улыбку. Эта орка выше меня почти на голову, да и шире вдвое, а, возможно еще и старше по годам, но она, похоже, еще больший ребенок, чем я. Бывают такие люди, которые, независимо от возраста, так же искренне радуются или огорчаются. Они по-настоящему вам сочувствуют и, как все дети, всегда готовы на подвиг. Они кинутся в речку, чтобы спасти котенка, бросятся на грабителя, помогут бабушке перейти дорогу, защитят девушку в темном переулке, и в них говорит совсем не доброта, а святая наивность. Они искренне верят в добро и видят только хорошее. Как мало таких осталось в моем мире!

У меня даже сердце защемило от боли, когда счастливая орка обернулась ко мне и протянула стопку одежды. Ее лицо светилось, и она была рада помочь мне, потому что просто могла это сделать.

– Вот, это штаны моего брата, вам должны быть по размеру. Раздевайтесь, - просто сказала она, и я тут же стала выполнять ее распоряжение.

Когда я стащила с себя еще влажное платье, то стала растирать руки, которые покрылись мурашками, не обращая внимания на орку. Давно я так не мерзла! Хотя бы простуду не подхватить, впрочем, эльф может вылечить меня быстрей и лучше любых врачей и таблеток. Все-таки магия - это хорошее дело.

– Э, - задумчиво протянула Ромали.
– Кажется, вам нужно еще кое-что, - она снова нырнула в глубины своего объемного сундука.
– Вот, - с радостным возгласом она протянула мне...

– Панталоны?
– ошарашено глядя на что-то белое с оборочками, спросила я.

– Да, вы же не можете натянуть штаны прямо... на... на так.

Ага, как же не могу! Я в этом мире и не такое могу!

– Ладно, - хмуро глядя на этот ненавистный мне элемент гардероба, я медленно стала вытаскивать кинжал из ножен, которые кинула на пол вместе с плащом и платьем. Орка не спускала с меня перепуганных глаз и даже начала пятиться, прижимая к груди теперь уже мои панталоны.

– Дай, - я вырвала из ее рук белые подштанники.

– Они чистые, - пролепетала орка.

Я бросила на нее яростный взгляд и схватила панталоны двумя руками, растянула их, окинув размеры сего бедствия, и всунула назад в руки орки.

– Держи вот так, - резко бросила я и стала пилить кинжалом штанины, превращая или, по крайней мере, намереваясь превратить это безобразие с оборочками в милые короткие шортики.

– Что вы... госпожа...

– Так будет лучше, - хмыкнула я, глядя на свой шедевр. Хотя бы гном не узнал, к чему я приспособила его родовой меч.

Всю эту процедуру я проделала стоя перед оркой совершено голой и только сейчас до меня дошла сия истина. Я резко выхватила из ее рук свои новые трусы и со скоростью разбуженного по тревоге солдата впрыгнула в них. Ну, так хоть не стыдно. Я повернулась к орке спиной, и теперь смотрела на нее через плечо.

– Ромали, а рубашки нет?

– Как красиво, - с изумлением произнесла она и стала медленно приближаться. Я даже перепугалась ее слишком пристального взгляда.

– Что красиво?
– ну не про труселя же она, в самом деле!

– Ваша спина. Это так красиво.

– Спина?
– переспросила я, одновременно забирая штаны, которые орка повесила себе на плечо.
– Что там с моей спиной?
– я прыгала на одной ноге, стараясь попасть в узкую штанину.