Внезапность была полная. Чак Моксон и его партнер взяли подозрительный сарай. Моксон перекусил дужку висячего замка, а его партнер вкатился в сарай по грязному полу и тут же вскочил на ноги, держа пистолет наготове. Кроме дизельного генератора, чего-то напоминающего печь для обжига и набора химических пробирок и реторт, там ничего не было.

Остальным шести человекам и Брауну, которые взяли штурмом ферму, повезло больше. Две пары проникли через окна, выбив стекла и рамы, вскочили на ноги и помчались наверх в спальни.

Последняя пара во главе с Брауном вошла через переднюю дверь. Один удар кувалдой, и замок разлетелся на куски.

У потухающего камина в длинной кухне спал в кресле плотный мужчина.

Он должен был дежурить ночью, но скука и усталость взяли свое. При звуках разбиваемой двери он вскочил с кресла и потянулся к дробовику 12-го калибра, лежащему на сосновом столе. Он почти дотянулся до него.

Но команда «Замри!», раздавшаяся из двери и вид большого человека с короткой стрижкой и кольтом калибра 45, нацеленным прямо в его грудь, заставили его остановиться. Он плюнул и медленно поднял руки.

Наверху рыжий мужчина лежал в постели с единственной женщиной в группе. Они оба проснулись из-за грохота разбиваемых окон и двери внизу.

Женщина закричала, а мужчина рванулся к двери и столкнулся на площадке с первым агентом ФБР. Они дрались в такой тесноте, что стрелять было нельзя, оба они покатились в темноте вниз по лестнице и продолжали драться, пока другой американец не разобрался кто есть кто и не ударил рыжего рукояткой кольта по голове.

Четвертого члена группы вывели из его спальни через несколько секунд.

Это был худой молодой человек с гладкой прической. У всех членов группы ФБР были фонарики, и через две минуты они обследовали все остальные спальни и убедились, что в группе было не более четырех человек. Кевин Браун приказал привести их всех в кухню, где были зажжены лампы. Он с отвращением посмотрел на них.

– О'кей, где мальчик? – спросил он.

Один из агентов посмотрел в окно.

– Шеф, к нам гости.

Около пятидесяти человек спускались в лощину и направлялись к дому со всех сторон. Все они были в высоких ботинках и синей форме. Человек двенадцать были с овчарками, рвущимися с поводков. В будке ротвейлер громким лаем протестовал против вторжения. Белый «рэйнджровер» с синими символами подъехал по дороге и остановился в десяти ярдах от сломанной двери. Мужчина среднего возраста в синей форме с серебряными пуговицами и знаками различия вышел из машины. На голове его была форменная фуражка. Без единого слова он вошел в прихожую, прошел прямо на кухню и посмотрел на четырех задержанных.

– О'кэй, мы передаем их вам, – сказал Браун. – Он где-то здесь, и эти подонки знают, где именно.

– Скажите, – спросил человек в синем, – кто вы такие?

– Да, конечно, – Кевин Браун достал свое удостоверение ФБР.

Англичанин внимательно прочитал его и вернул владельцу.

– Слушайте, – начал Браун, – что мы сделали здесь…

– Что вы сделали, мистер Браун, – сказал старший констебль Бедфордшира с ледяной яростью в голосе, – так это сорвали крупнейшую операцию по борьбе с наркотиками, которая когда-либо должна была проводится в графстве и которая, боюсь, никогда уже не будет проведена. Эти люди – мелочь и один химик. А мы в любой день ожидали прибытия крупной рыбы и товара. А теперь возвращайтесь, пожалуйста, в Лондон.

В этот час Стив Пайл находился с мистером Аль-Гаруном в кабинете последнего в Джидде. Он прилетел сюда после важного телефонного звонка.

– Что именно он взял с собой? – спросил он в четвертый раз.

Аль-Гарун пожал плечами. Эти американцы еще хуже чем европейцы, они всего торопятся.

– Увы, я ничего не понимаю в этих машинах, – сказал он, – но мой ночной сторож говорит…

Он повернулся к ночному сторожу и выдал длинную тираду на арабском языке. Сторож ответил, раскрыв широко руки и как бы показывая размер чего-то.

– Он говорит, что в тот вечер, когда я вернул мистеру Лэингу его паспорт с должным образом внесенными изменениями, молодой человек провел большую часть ночи в компьютерном кабинете и ушел перед рассветом, взяв с собой большое количество распечаток. Утром он пришел на работу без них.

Стив Пайл вернулся в Эр-Рияд ужасно взволнованным. Одно дело помогать своей стране и правительству, но при внутренней бухгалтерской ревизии это никак не будет учтено. Он срочно попросил полковника Истерхауза о встрече.

Арабист спокойно выслушал его и несколько раз кивнул.

– Вы думаете, он уже добрался до Лондона? – спросил он.

– Не знаю, как он умудрился это сделать, но где еще он может быть?

– Д-д-да, могу ли я получить доступ к вашему центральному компьютеру на некоторое время?

Полковник провел за пультом центрального компьютера в Эр-Рияде четыре часа. Работа была не трудная, поскольку он знал все коды. Когда он закончил, все старые документы были стерты и вместо них введены новые.