Шрифт:
– Это тебе гостинец, – сказал он Мурзуку. – А теперь ступай-ка в лес, промысли себе дичинки на обед. К ночи только назад ворочайся: вместе-то все веселей.
Мурзук послушал хозяина, лизнул ему руку, повернулся и пошел в лес.
Только тут старик заметил, что хвост зверя словно обрублен.
«Где же это его так обкорнали?» – подумал старик.
Но раздумывать об этом было неприятно.
«Теперь зло миновалось», – радостно подумал Анд-реич и закрыл глаза.
Осеннее солнце ласково грело его больное тело.
Старик задремал на крылечке.
Его разбудил грубый окрик:
– Эй, старина, подымайся! Арестовать тебя приехали. Собирай манатки – и айда за нами!
Сперва Андреич ничего не мог сообразить.
Перед ним стояли двое объездчиков с винтовками за плечами. Они держали за собой лошадей в поводу.
– Что вы, родные! Али подшутить вздумали над стариком?
– Шутки тебе в городе покажут! – сурово сказал один из объездчиков. – Велено тебя на станцию доставить.
– Наше дело сторона, – миролюбиво добавил другой, помладше. – За что, про что – нам неведомо. Сам-то ты, поди, лучше нашего знаешь.
Слово «город» сразу все объяснило Андреичу.
«Добрались-таки! – подумал он. – Ну что же: мне так и так помирать. Навряд и до города довезут. Зато хоть Мурзук на воле».
Старик не чувствовал никакой вражды к тем, кто хотел привлечь его к суду за его поступок.
– Видно, уж так тому и быть, – спокойно сказал он. – А вина за мной есть. Пожалел я, родные, зверя одного. Из клетки выпустил в городе. Зверь этот воспитанник мне был и первый друг.
– Это какой зверь? – полюбопытствовал младший из объездчиков.
– А рысь.
Объездчики переглянулись.
– Рысь? – переспросил старший. – Куцая?
– Куцая. Должно, в зверинце это ее обкорнали.
– Так и есть! – сказал старший. – Да тебя за этого воспитанника расстрелять мало. Он у нас вчера лучшую на селе собаку убил. Обожди, мы еще с него шкуру спустим. Ну, чего стал! – набросился вдруг он на Андреича. – Некогда нам с тобой тут лясы точить! Сматывайся живей!
– Да я весь тут, – сказал Андреич. – Обожди только – шапку возьму.
Он сообразил, что надо скорей отправляться со двора. А то вернется Мурзук, и обозленные объездчики тут же пристрелят его.
Спустя две минуты Андреич вышел из ворот. По бокам его ехала стража.
Старик обернулся в последний раз взглянуть на свою избу – и вздрогнул: сзади его догонял Мурзук.
Старший объездчик тоже оглянулся и увидел рысь.
Он быстро сдернул с плеча винтовку, приложился и выстрелил.
Пуля щелкнула в избу, отхватив узкую щепку.
Одним прыжком Мурзук бросился на круп лошади, но сорвался. Кони рванули. Что-то крикнул Андреич.
Но рядом с ним уже никого не было.
Перепуганные кони мчались по лугу. Седоки могли думать только о том, чтобы как-нибудь удержаться в седле.
Мурзук гнался за ними.
Седокам удалось остановить понесших коней только за километр от лесной сторожки. Нельзя было и думать вернуться назад верхами.
Они решили доложить о происшедшем старосте и назавтра потребовать себе подкрепление для охоты за зверем и для ареста старика.
Мурзук не сразу вернулся домой. Он опять скрылся в лес и занялся там охотой.
Ему посчастливилось набрести на тетеревов. Беззвучно подкрался зверь из-за куста и схватил старого косача в то мгновение, когда тот поднялся с земли.
Однако есть добычу Мурзук не стал. Он придушил птицу и с нею в зубах вернулся к хозяину.
Андреич сидел на земле, прислонившись спиной к ступенькам крыльца. Глаза его были закрыты.
Мурзук положил дичь к его ногам и легонько ткнул старика носом.
Андреич медленно повалился на землю.
Мурзук прильнул к нему лохматой мордой, поднял голову и тихо, тоскливо завыл.
Заключение
Когда на следующий день отряд объездчиков окружил лесную сторожку, труп Андреича еще лежал на ступеньках крыльца. Но все поиски рыси не привели ни к чему. Мурзук исчез.
Проходил месяц за месяцем.
В избушке Андреича поселился новый лесной сторож.
Скоро в окрестных деревнях забыли одинокого старика. Забыли и его ручного зверя.
Однако в разных провинциальных газетах стали появляться заметки о необычайно крупной и дерзкой рыси.
Писали, что зверь то тут, то там делает набеги на деревни, режет скот и разрывает домашних кошек. Попытки застрелить его неизменно кончаются неудачей. По короткому обрубку хвоста и замечательному знанию людских привычек в этом бесстрашном звере легко было признать Мурзука. Последнее известие о нем промелькнуло в одной из газет северной окраины нашей страны…