– Две.

– Вот это да-а! – Энка театрально изобразила потрясение. – Целых две! В одной голове! Смотри, как бы череп не лопнул от умственного напряжения!

– Сама дура! – Спригган пустил в ход дежурную фразу.

Окружающие подло веселились.

– Что за мысли-то? – спросила Меридит, отсмеявшись.

– А вот не скажу теперь! – надулся Хельги. Но потом сменил гнев на милость и поведал: – Я думаю, не стоит нам гоняться за коллегами Багоры, времени нет. Лесная ведьма говорила, если Инферн проникнет в Аваллон, начнется война, в которой погибнут оба мира. Сейчас проход открыт на Севере, мы сами в этом убедились. Значит, надо его срочно закрыть. Это во-первых. Во-вторых, все наши беды от того, что между мирами нарушено равновесие сил и перепутана сеть магических потоков. Значит, надо эту сеть распутать. Вот.

Эльф уставился на сприггана во все глаза. Он уже привык к своеобразному мышлению наемников. Но ЭТО было уже слишком! Распутать мировую магическую сеть! Совершенно безумная затея. Проще вычерпать океан или растопить льды Севера… А главное – все так понимающе слушают! Кивают!

– Опомнитесь! – воззвал он. – Подумайте, о чем идет речь! Мы можем попытаться привлечь внимание демонов, стерегущих границу, хотя вряд ли добьемся успеха: немногим из смертных доступно общение с демонами. Но как вы предполагаете распутывать сеть? Это же абсурд! Совершенно невыполнимая задача!

– Как знать, – откликнулась Меридит. – За последнее время мы совершили столько невыполнимого! Мне уже ничто не кажется абсурдным.

Хельги задумчиво таращился в небо.

– Я думаю, – загадочно сказал он, – нам должен помочь какой-то демон, о нем без конца упоминала лесная ведьма. Якобы он уже с нами.

Энка обрадовалась, состроила Меридит козью морду.

– Вот видишь! Точно как в романе! А ты издевалась.

– Пока еще никто не объявился и не помог! – отрезала та.

– Объявится как миленький!

– Какой еще демон… – начал Аолен раздраженно, но вдруг осекся, изменившись в лице, и умолк.

Спор на этом иссяк и уже не возобновлялся. План действий на ближайшее время остался прежним, а дальше как Судьба распорядится. И вообще, днем надо спать, а не спорить зря.

К сожалению, всем, кроме Хельги, спать хотелось как раз наоборот – ночью. Первые несколько суток были еще терпимыми, но на пятую ночь организмы, вместо того чтобы привыкнуть к новому режиму, взбунтовались. Путники едва передвигали ноги и отчаянно клевали носами.

К полуночи сгустилась кромешная тьма. Ни луны, ни звезд, ни чужих костров вдали. Пришлось брести, уцепившись друг за друга, со спригганом в качестве поводыря.

– Слепцы на прогулке! – злился тот. – Только колокольчиков не хватает.

Колокольчики в самом деле не помешали бы. Тяжелая, гнетущая тишина висела над степью. Смолкли последние осенние цикады и ночные птицы. Даже ветер, досаждавший своим непрерывным воем, вдруг стих.

Меридит напряженно, на пределе зрения, всматривалась в темные очертания курганов. Их становилось все больше, они громоздились все выше. Дису охватила тревога: место казалось неприятно знакомым. Три года назад…

– Хельги, – прошептала она со страхом, – тебе это ничего не напоминает?

– Еще как напоминает! – тоскливо согласился спригган. – Посмотрим, что дальше будет. Вдруг пронесет? Сворачивать уже бессмысленно.

Энка тихо заскулила.

А дальше было вот что.

От курганов стало исходить неприятное свечение. Сперва смутное, как туман, потом все сильнее, и наконец необходимость в поводыре отпала совершенно.

– Ой, – забеспокоилась Ильза, – так светло! Нас могут заметить кочевники!

– Ничего, – утешил спригган, – не заметят. Кочевники это место и днем за тысячу шагов обходят, а ночью тем более не сунутся!

Ильзе стало еще страшнее.

– Давайте уйдем отсюда! – взмолилась она. – Мне здесь не нравится!

– А кому нравится? Это же Могильник некромантов. Тут одних курганников по десятку на могилу. А есть еще усохшие, ночные стражи, красная рука…

– Всех вспомнила? – сердито перебила Меридит разболтавшуюся сильфиду. – Никого не пропустила?

Та виновато умолкла, мысленно обругав себя дурищей.

– Зато теперь мы точно знаем, где находимся, – Хельги, как всегда, искал ложку меда в бочке дегтя. – И Кансалон же недалеко. Когда выберемся…

– ЕСЛИ выберемся, – очень мрачно поправила диса, и Хельги не стал продолжать.

Остальные подавленно молчали. Они не знали, кто такие курганники, усохшие и ночные стражи, но ясно ощущали смертельную угрозу.

– Не стоит ли попытаться использовать охранные символы? – робко прошептал Аолен. Сердце его сжималось от нахлынувшей тревоги.