Неужели Лиз все же удалось убедить ее? Несколько недель потребовалось Озеровой, чтобы достучаться до здравого смысла подруги. Целый месяц она здесь, хотя приехала на день, и неделю, как полноправная наследница всего имущества Джонатана Риса. Вадим Рязанцев даже не пытался скрыть свое удивление, когда она, наконец, появилась на пороге его кабинета, она и сама себе не верила, пока не поставила последнюю решающую подпись. Зачем? Что ей теперь делать со всем этим богатством? Останется ли у нее время для нее самой и для ее таланта? И вот печальный итог - полное отсутствие желания творить, голова занята чем угодно, но не картинами. Она была так растеряна, что даже не заметила, как в дверь постучали.

– Крис?
– это был Вуд. Он решил остаться на несколько недель в Москве, чтобы посмотреть, как у нее пойдут дела в новой обстановке.

Обернувшись, Монахова бросила на него затравленный взгляд. Он все понял без слов, а просто подошел и обнял за плечи, привлекая к своей теплой надежной груди.

– Все в порядке. Тебе просто нужно время. Выставка подождет. Я договорюсь об отсрочке. Сколько тебе нужно? Месяц? Два?

– Не знаю.
– Покачала головой Кристина, прислушиваясь к его мерному сердцебиению.
– Спасибо, что ты здесь. Со мной.

– А где же мне быть?
– улыбнулся Вуд. В голубых глазах застыла тревога.
– Ты голодна? Ужинала?

– Нет. Я недавно вернулась из издательства.
– Женщина сдвинула брови.
– Вуд, я уже три дня пытаюсь разобраться. И ничего. Все там такие суетливые, неискренние. Они все льстят, но никто не верит, что у меня что-то получится.

– Три дня - не срок.
– Мягко заметил Вуд, осторожно подводя ее к дверям.
– Поехали, поужинаем. Лиз дома?

– Нет. Она собиралась на поиски офиса для своей частной практики.

– Уже довольно поздно для встреч с агентами.
– Вуд взглянул на массивные золотые часы.
– Десять вечера.

– Не переживай.
– Отмахнулась Крис раздраженно.
– Никуда она не денется. Опять пьянствует с Майклом в каком-нибудь клубе и сплетничает обо мне.

– Ты серьезно?
– изумился Вуд, придерживая ее за локоть, пока они спускались по лестнице. Он не мог представить ревнивицу Лиз, пьющую на брудершафт с мужчиной, да еще с этим невыносимым снобом Майклом Рисом. Вуд предчувствовал, что ему вряд ли понравится бывший муж Кристины. И он не ошибся. Высокомерный, испорченный, самоуверенный, хитрый и неприятный тип. И хуже всего, что теперь он постоянно находился рядом с Кристиной, пользуясь пунктиком в завещании. Консультант! Смешно! Что он понимает, кроме своих машин? Чему может научить ее, если сам никогда не занимался делами отца?

– О, да, - ответила Кристина, не скрывая иронии.
– Он теперь закадычные друзья. Предательница. Из всех мужчин она выбрала Майкла Риса. Она заявила мне, что он ей интересен, как объект для ее психологических исследований. Ха! Что там исследовать?

– Думаю, дело не в этом.
– Задумчиво проговорил Вуд, надевая на хрупкие плечи девушки шубу.
– Знаешь поговорку: Держи друзей близко, а врагов еще ближе? Возможно, она просто прощупывает почву, чтобы обезопасить тебя.

– Хотелось бы верить.
– Вздохнула Кристина.

Они вышли на улицу. Февраль подходил к концу, но дуновение весны еще не ощущалось. Сад и дорожку запорошило снегом, который скрипел под ногами. Но воздух, морозный и чистый был приятен. Вуд сел за руль ее шикарного красного Форда, который раньше принадлежал ее матери. Сама Кристина не водила. У нее не было прав. Обычно она пользовалась услугами шофера, но отпустила его пару часов назад.

– Куда поедем?
– спросил Алекс. Кристина пожала плечами. Есть ей совсем не хотелось, но это не удивительно. Чувство голода было ей незнакомо с восемнадцати лет. Зато она знала, что такое боль и тошнота.

– Все равно. Поезжай по трассе. Остановимся в первом попавшемся приличном кафе. Не хочу отравиться. Как тебе в Москве? Не надоело?

– Через пару дней я улетаю.- Внезапно сказал Вуд, бросив на нее взгляд.
– Нужно уладить отсрочку с выставкой.

– Но в запасе несколько месяцев.
– Встревожилась Кристина. Она не хотела отпускать друга. Единственного человека, который связывал ее со спокойной жизнью в Лондоне.

– Ты не успеешь. У тебя теперь совсем мало времени. Тебе не обязательно и потом заниматься живописью профессионально.

– Ты это серьезно?

– Да. Я понимаю, что невозможно совмещать столько дел сразу. Ты определишься, подумаешь….

– А ты?

– Я?
– Вуд горько улыбнулся.
– Мне будет недоставать своей лучшей художницы. И я буду счастлив, если ты решишь вернуться. Но я в любом случае останусь твоим другом.

– Не знаю, что сказать.
– Пробормотала Кристина.
– Я совсем запуталась. Это завещание выбило у меня почву из-под ног. Из уважения к Джону и маме я не могу отказаться от наследования. Но все так сложно. Я не бизнес леди, и не леди босс.