Миссис Бистон (довольно резко). Послушай, Томми, мы заняты, да и у тебя много работы. Не болтайся без дела. (Поспешно уходит.)

Томми (в высшей степени доверительным тоном). Стэн, этот мистер Кендл, там, наверху, по-моему, хочет, чтобы ему помогли… без шума. Я ему сказал, что ты – самый подходящий человек. Денег у него уйма, и он не скупится…

Стэн. Мне нет дела до его денег. Он так и сказал, что я могу ему помочь? А его родные тогда были уже здесь?

Томми. Нет, их еще не было. Но, если хочешь знать, это не имеет значения. Держу пари, он ни с кем из них не считается, кроме внучки. Она молодец.

Стэн. Давай-ка, Томми, объясни мне все пояснее. Выкладывай, что он сказал, и поскорее, а то…

Томми. Я ему и говорю: «Если у вас дело серьезное, то у меня смекалки не хватит. Стэн – вот кто вам нужен». А он и говорит: «В этом я не сомневаюсь».

Комната Кендла. Сэр Джеффри Брок, упитанный и видный мужчина, из числа врачей, которые ценят каждое свое слово, только что закончил осмотр Кендла. Доктор Эдж и сиделка Петтон – в глубине комнаты.

Сэр Джеффри. Я старался как можно быстрее закончить осмотр, мистер Кендл. Надеюсь, он вам не показался слишком утомительным. Ваш сын, сэр Эдмунд, насколько мне известно, находится здесь. Вы, вероятно, захотите, чтобы я с ним поговорил?

Кендл (с издевательской усмешкой). Да, сэр Джеффри, захочу…

Сэр Джеффри. По-моему, это очень разумно с вашей стороны.

Кендл. Не знаю, но я думаю, вы оба получите огромное удовольствие от этого совещания.

Сэр Джеффри (не отвечая на его замечание). Утром я снова зайду. Мы сделаем все возможное, чтобы вы хорошо спали ночью. Как обстоит дело с ночной сиделкой, доктор Эдж?

Доктор Эдж. Сиделка есть. Она уже здесь – скоро заменит дневную.

Сэр Джеффри. Отлично! Мы вас покидаем. Спокойной ночи, мистер Кендл. Сестра!

Для сиделки это приказание последовать за ним, что она и исполняет. Они выходят.

Кендл (шепчет). Их хлебом не корми – только дай позаседать! Тра-та-та, сэр Эдмунд, тра-та-та, сэр Джеффри… О боже, о боже, о боже…

Слышно, как отворяется дверь. Кендл поднимает голову. На пороге – две сиделки: Петтон и Сомерсет.

Сиделка Петтон. Мистер Кендл, это сиделка Сомерсет, она меня сменяет. Спокойной ночи. Я приду утром.

Кендл. Спокойной ночи.

В комнату проходит сиделка Сомерсет. Ей около сорока лет, у нее довольно красивое, выразительное лицо, она задумчива и грустна.

Сиделка Сомерсет (подходит к кровати, очень спокойным голосом). Может быть, мне не следует этого говорить, мистер Кендл…

Кендл (которому очень нравится ее внешность). Значит, обязательно скажите.

Сиделка Сомерсет. Я считаю, что это большая честь для меня. Я полюбила ваши картины, когда была еще совсем ребенком.

Кендл. Спасибо, милая. Я верю вам.

Сиделка Сомерсет. К сожалению, я еще не очень опытная сиделка. Хотя, конечно, когда-то я закончила курс обучения.

Кендл. Как вас зовут, когда вы не на работе?

Сиделка Сомерсет. Миссис Сомерсет. Или просто Джудит.

Кендл (очень мягко). Вы должны извинить меня, Джудит. Но я старик, жизнь моя прошла… Расскажите мне о том, что с вами было, что оставило следы на вашем лице, – и мы узнаем друг друга…

Джудит (очень медленно и спокойно, без выражения). Мой муж был врачом в Гонконге. Двое наших детей жили с нами. Потом мужу дали шестимесячный отпуск. Я вылетела раньше, чтобы снять дом. Дом я сняла. Но их самолет разбился при вылете из Карачи. Вот почему я снова стала сиделкой. Может быть, вам дать что-нибудь, мистер Кендл?

Кендл. Нет, Джудит. Мне нужно только новое небо и новая земля.

Джудит. Может быть, вам лучше не разговаривать.

Кендл. Может быть, мне лучше не дышать. Это не слишком легко… (Делает беспокойное движение)

Джудит. Повернитесь на другой бок. Дайте я вам помогу. Для чего же я здесь… (Помогает ему повернуться на другой бок.)

Кендл. Спасибо, милая. Но вы здесь не для этого. Вы будете меня слушать до тех пор, пока не скажете, что с вас довольно. Три часа ночи, когда я не могу заснуть, а вы стараетесь не спать, – это самое подходящее время начать откровенный разговор…

В гостиной сэр Эдмунд, Гермиона, Фелисити и Кеннет, а также сэр Джеффри и доктор Эдж. Сэр Джеффри, по-видимому, председательствовал на этом «совещании» и только что закончил свой доклад. Гермиона тихо плачет, Фелисити подавлена.