Маша глотнула, чай был сладким в меру, такой же, как если бы она его сделала сама.

– Надо же, угадал! – Парень, молча, поиграл бровью.

Пока девушка дописывала, он сидел рядом, подперев голову кулаком, и наблюдал за ней. Потом это ему видимо надоело, он сел Маше за спину и принялся целовать ее плечо, медленно двигаясь к затылку.

– Артем, вместо того, чтоб меня отвлекать, лучше бы сел и помог….

Он в ответ промычал что-то нечленораздельное, а его губы тем временем спустились по позвоночнику девушки к лопаткам. Маша была одета в домашние трикотажные штанишки и топик на тоненьких бретельках, так что практически ничего не мешало Артему ее ласкать. Он положил руки на талию девушки и они осторожно забрались под ее маечку. А потом медленно поднялись и легли на ее грудь. Его поцелуи тем временем стали более страстными. Он слегка засасывал кожу, стараясь не оставлять отметин на шее девушки.

Маша уже давно ничего не писала. Ручка выпала из пальцев. Она откинулась назад, положив голову Теме на плечо. А он уже целовал ее ушко, играл с мочкой и золотой сережкой в ней. А потом он шепнул ей:

– Мари… я тебя люблю.

Его рот накрыл ее губы. После поцелуя девушка встала из-за стола и сев на кровати протянула Артему руку, приглашая к себе. Он понял и присел напротив нее, стянул с нее топик, обнял за плечи и принялся целовать ее шею, теперь уже страстно, слегка прикусывая кожу. Маша слышала свое дыхание, сердце колотилось, как ненормальное, голова кружилась. Она упала на спину, увлекая за собой Тему. Руками она стягивала с него одежду.

Он был таким забавным, когда, наконец, вынырнул из ворота своей футболки. Таким милым. Его темно-русые волосы растрепались, и Маша протянула ладонь, чтоб пригладить их. Но Артем поймал ее ручку и приложил ее ладошку к своей щеке. И с такой нежностью и любовью посмотрел на нее, что у девушки перехватило дыхание. Она снова потянула его на себя и сама потянулась к его губам, нежно целовала их, гладила ладонями его плечи, шею и грудь.

Тема немного отстранился, чтоб стянуть с нее штаны вместе с трусиками. И теперь она чувствовала его на себе, чувствовала его в себе и всего везде целиком. Они не произнесли ни слова друг другу. Все пылкие признания и нежные слова они читали в глазах друг друга. Любые сказанное сейчас вслух слово было бы абсолютно неуместным.

Маша раз за разом поднимаясь на небеса удовольствия, все же успевала задуматься, как он понимает, чего она хочет, как она хочет. Когда ей нужна страсть, а когда наоборот – нежность. Откуда он знает, когда ей нужна передышка. Откуда знает, что ей безумно нравиться, когда он кончиками пальцев ласкает ее спину. И самое главное – откуда она знает все, что он чувствует. Они были вместе меньше недели. Когда они успели так друг друга изучить?

Засыпая в его объятиях, Маша шепнула: «Люблю тебя». И тут же получила в ответ нежный поцелуй.

*

Весь следующий день Маша готовилась к экзамену. Артем, когда ему надоедала переписка лекций, бесцельно слонялся по квартире и звал девушку прогуляться на улицу.

– Нет, – отвечала она ему, не отвлекаясь от своего занятия, – сейчас мы никуда не пойдем. А если хочешь выйти отсюда, хотя бы к вечеру, садись, бери ручку и пиши.

Так прошла суббота. К вечеру Теме все же удалось ненадолго вытащить Машу на улицу.

– И что, ты каждую сессию вот так готовишься?

– Конечно.

– Вот я теперь думаю, может, ну его этот универ.

– Да ты что, Тем!

– Я шучу. И кто был твоим пленником в прошлый раз?

– Оксана. С ней, конечно, было не так весело как с тобой. Зато приготовились мы гораздо быстрее. Она же не предлагала мне каждый час отдохнуть и поваляться в кроватке.

– Да, это было бы забавно….

– Ты о чем?!

Артем рассмеялся и прижал девушку к себе.

– Я люблю тебя, моя Мари. Я говорю тебе это не из-за того, что случилось между нами вчера… хотя и поэтому тоже.

– Пошли домой. Мне надоело гулять. А еще я хочу вспомнить вчерашнее….

– Короткая же у тебя память… может, ты меня обидеть хочешь, а? Ну-ка, пойдем, я тебе напомню!

Он подхватил смеющуюся девушку на руки и понес домой.

Глава 7

В воскресенье Мария проснулась поздно. Она всегда любила поспать и могла проваляться в кровати до полудня, даже если накануне ложилась в десять-одиннадцать часов. Просыпаться в университет к первой «паре» было для девушки сущим мучением. Поэтому часто она к ней не просыпалась. А теперь, когда в ее жизни и в ее постели появился Артем, с которым просто невозможно было уснуть раньше трех-четырех часов, просыпаться в полдень стало для Маши, сродни подъему в восемь утра.

Первое что поняла девушка, проснувшись, это то, что разбудил ее ливень, льющий за окном как из ведра. Ночью в небе гремел гром и сверкали молнии, видимо под утро, когда они с Темой уснули, пошел дождь.

Вторым, что донеслось до ее ушей, был тихий разговор на кухне. Маше стало холодно под одеялом – она узнала голоса родителей. Вот ведь! Она никогда раньше так не влипала! Конечно, родители у нее были замечательные. Все прекрасно понимали. Ей все-таки был двадцать один год. Мама ее вообще родила в двадцать.