– Лети первым, впереди меня. – Мейгри постаралась говорить помягче. Он должен услышать в ее голосе уверенность, а не отзвуки ее беспокойства и страхов. – И не отходи далеко на тот случай, если ты... если с кем-нибудь из нас что-то случится.

– Можете положиться на меня, миледи.

Космоплан юноши вылетел из ангара. Мейгри смотрела, как он набирает высоту, начинает делать неторопливый разворот назад...

Господи, только не это!

– Выравнивай! – Она изо всех сил старалась говорить спокойно, не кричать.

Космоплан продолжал переворачиваться, делая медленную изящную петлю.

– Не могу! – голос юного пилота прерывался от ужаса. – Она не слушается управления!

– Переходи на ручное...

– Я сейчас...

«Ятаган» врезался в корпус «Феникса» и взорвался.

Погибнуть в огненном шаре.

Мейгри плотно сжала губы. Надо сосредоточиться на своем полете. От нее потребуются все ее мастерство и выдержка, чтобы добраться до «Непокорного». Покидая «Феникс», она не оглядывалась, намеренно не смотрела на пятно копоти и дыма на его корпусе.

Отворачивая подальше от коразианского корабля, она попыталась отыскать «Непокорный». Его не было видно; должно быть, Саган приказал отойти. Но Мейгри смогла вывести его на экран локатора и после некоторых затруднений сумела взять на него курс.

Теперь ей остается лишь удерживать направление и лететь.

– Создатель, – прошептала она, дрожа от холода, проникающего под разорванный комбинезон, – отдай мне того майора, который послал мальчика на смерть. Больше ни о чем не прошу. Отдай мне его.

– Он приходит в себя, сэр.

– Как он? – спросил Джон Дикстер, присаживаясь на корточки и взъерошив золотисто-рыжие волосы

Дайена. Генерал отодвинулся, уступая место своему адъютанту Беннетгу с аптечкой. Беннетт умело осмотрел юношу, нащупал у него опухоль за левым ухом.

Дайен застонал, заморгал и попытался сесть. Дикстер осторожно, но твердо удержал его.

– Итак, молодой человек, вы чуть не отдали жизнь за Галактическую Демократическую Республику. Не узнай тебя Беннетт, Гобар сломал бы тебе шею.

– Генерал Дикстер! – Дайен смотрел на него во все глаза. – Мне сказали, что вы погибли!

– Пока нет, – сухо ответил Дикстер. – Как ты себя чувствуешь?

– Голова раскалывается.

– Тебе повезло, сынок. Ты был отличной мишенью, когда разгуливал по той хорошо освещенной каюте у всех на виду.

– Просто шишка, – заключил Беннетт.

– Сотрясения нет? – спросил Дикстер, понизив голос.

– Не думаю, сэр. Кожа не повреждена. – Беннетт сунул две таблетки в руку Дайену. – Выпей.

– Это что?

– Аспирин.

– Извини, сынок, – сказал Дикстер, заметив разочарование юноши. – Но другого болеутоляющего у нас нет. Средства посильнее закончились.

Он бросил взгляд на несколько лежавших на палубе неподалеку тел, завернутых в одеяла.

Юноша посмотрел в направлении его взгляда, покраснел, принял таблетки. Он сел, стараясь делать вид, что с ним все в порядке.

– Вы победили, сэр? – спросил Дайен, оглядывая ангарный отсек. Вокруг было спокойно, наемники небольшими группками стояли или сидели, переговариваясь приглушенными голосами.

– Нет. До этого далеко. Боюсь, что это, как говорится, затишье перед бурей. – Дикстер устало улыбнулся, потер заросший щетиной подбородок. – Нам удалось оттеснить десантников и перекрыть все входы, нарушив управление. Но они скоро вернутся с чем-нибудь посущественнее, с паралитическим газом, к примеру.

– И вы просто сидите и ждете? – Дайен с трудом поднялся на ноги.

– Вряд ли мы можем еще что-то, – холодно ответил генерал. – Однако наши специалисты пытаются справиться с блокировкой ворот отсека. Пилоты к вылету готовы. Нам остается лишь выиграть для них немного времени. А скажи-ка теперь во имя Создателя, как ты сюда попал?

– Я... с палубы «Дельта». Оттуда, – неопределенно махнул рукой Дайен.

– Я имею в виду, как ты ушел от коразианцев? Таск говорил, что тебя взяли в плен. Больше я ничего не слышал.

Дикстер пристально посмотрел на него и заметил, как юноша бледнеет. Дайен явно мучился сомнениями, рассказывать или нет, наконец решил, должно быть, что какие-то объяснения все же необходимы.