– Надежды почти не осталось, – возразил он, мельком взглянув на Джоанну, дрожавшую под одеялом. – Ты видишь: ей холодно, она уже не кричит; похоже, ребёнок давно перестал биться.

– В таком случае…

– В таком случае осталось последнее средство. По крайней мере ты будешь уверен, что и мать, и ребёнок останутся живы.

Хантер подошёл к окну, закрыл тяжёлые ставни и задёрнул шторы. В комнате сразу стало темно.

– Погаси камин, – сказал он Ортону. – От него слишком много жара. Это уже ни к чему.

Вслед за этим Хантер достал из сумки маленькую красную свечку. Он зажёг её, и крошечный тусклый огонёк, почти не дававший света, затеплился в глубине комнаты…

– Ты уверен, что у тебя получится? – с беспокойством спросил Ортон. – Возможно, мы слишком долго ждали.

– Не волнуйся. Я делал это не один раз. Если при родах ребёнку угрожает опасность, его посвящают демонам. И тогда он рождается живым и здоровым. Таким образом я спас двух детей из деревни Крелонта. Правда, некоторые считают, что вечное блаженство в раю – дорогая цена за спасение… Но хватит медлить. Начнём.

Хантер раскрыл книгу на середине и начал читать.

– Бог мрака, ночи и тьмы, – начал он, – бог страха и холода, одиночества и смерти, всеми силами ада я призываю тебя… Прими душу этого ребёнка, который отныне и навеки станет твоим верным слугой…

Сквозь закрытые ставни они не видели неба, но свет, проникавший в оконные щели, померк. Казалось, на улице началась ночь. Между тем было около полудня, и, когда Ортон отправился на побережье, на небе не было видно ни облачка.

– Бог кровавой звезды, бог злобы и мести, бог разрушения и войны, – читал Хантер, – приди и возьми ещё одну душу, посмотри на твоего нового слугу… Я посвящаю этого ребёнка тебе.

Джеймс, который почти не мигая, в напряжении смотрел на Хантера, увидел, как Джоанна заворочалась в кровати. Ребёнок зашевелился, и она снова почувствовала боль.

– Во имя Бога ночи и тьмы… – продолжал Хантер..

Дальше следовали какие-то непонятные слова, смысл которых Джоанна не могла разобрать. Но с каждым прочитанным словом она чувствовала, как ребёнок пробуждается и шевелится у неё внутри. Его движения причиняли боль, но это значило, что он всё ещё жив.

Сквозь монотонное чтение они ясно услышали далёкий раскат грома; ветер стучался в окно, рвался в щели и сотрясал оконные рамы; затхлый, пропитанный лекарствами воздух сменился запахом свежести.

С каждым порывом ветра ребёнок бился всё сильнее. Джоанне хотелось кричать, но у неё уже не было сил, и она лежала, сжимая в руках край одеяла…

– Кажется, начинается, – сказал Хантер. – Джеймс, мне нужна будет помощь. Выйди и позови кого-нибудь из этих бестолковых старух, столпившихся там в коридоре. Твой ребёнок скоро появится на свет.

Чёрный диск закрыл яркий краешек солнца. Небо сразу потемнело; откуда-то повеяло холодом. Свет померк; осталась одна тьма…

Зрелище тёмного диска, окаймлённого солнечной короной, привело Тилару и Эдну в ужас. Боясь ещё раз взглянуть на небо, они уже не шли, а почти бежали по дороге, ведущей в Крелонту. Они ничего не знали о затмении солнца. Казалось, неожиданно наступила ночь…

– Не надо, не смотри туда, – сказала Эдна. – Только бы добраться домой…

Тучи, взявшиеся появившиеся неизвестно откуда, клубились у горизонта. Внезапный порыв ледяного ветра зашуршал кронами деревьев, пронёсся над крышей старого замка… Огромное, неприступное здание сразу стало казаться зловещим.

Женщины шли, стараясь держаться поближе друг к дружке. Теперь их путь лежал через кладбище. Здесь среди старых, осевших могил с покосившимися крестами, в самом центре кладбища, стоял белый мраморный склеп. То был семейный склеп семьи Ортон.

– Подожди. Давай обойдём это место, – предложила Эдна. – Здесь похоронена она…

– Здесь находится могила Эмили Ортон? – переспросила Тилара. – Я слышала, что все жители Эркли шарахаются от неё, как от чумы.

Чем дальше они шли, тем сильнее становилась буря. Погода словно взбесилась. Ветер, сначала дувший только порывами, уже не ослабевал; крестьянки шли, почти не в силах противостоять стихии, согнувшись под тяжестью своей ноши, но ветер каждую секунду грозил сбить их с ног.

Они миновали кладбище. Из-за дождя и внезапно наступившей темноты они почти не различали дорогу, но вдруг совсем рядом из мрака выступили низкие домики – деревня Крелонта.

– Ну, вот мы и дома, – с облегчением вздохнула Эдна.

В ту же секунду неестественно-яркий свет озарил небо; казалось, оно раскололось надвое, и голубая молния сверкнула между тёмными тучами… Молния ударила в склеп Ортонов, и чудовищный раскат грома пронёсся над равниной…

В тот самый миг, когда молния ударила в склеп, и надгробная плита Эмили раскололась надвое, в замке Дарквилл у Джеймса Ортона родилась дочь.