— Ну и пусть ждут.

Калин, как и любой другой женщине, было безразлично, что она доставляет неудобства другим, если в этот момент она решала свои проблемы.

— Ну почему, Эрл? — настаивала девушка. — Зачем куда–то идти, когда мы сможем заработать деньги и за игровым столом. Этого хватит для нормальной жизни. Мы купим билеты на корабль и улетим отсюда. Почему мы не можем сделать именно так?

Дюмарест холодно ответил:

— Не говори чепуху. Здесь и так уже заподозрили, что ты — ясновидящая. Ты же сама знаешь — нам позволяют играть только потому, что у нас есть чувство меры, и мы довольствуемся маленьким выигрышем. И к тому же делаем рекламу этому заведению. Пожелай мы сорвать крупный выигрыш, нам бы не дали этого сделать. А заставь их отдать деньги, то нас будут поджидать на улице. Калин, знание того, что произойдет, вовсе не означает, что можно избежать всех неприятностей. Крон — слишком маленькая планета, и спрятаться нам негде.

Эрл улыбнулся, увидев напряженное лицо девушки, и провел кончиками пальцев по ее белоснежной щеке.

— Послушай, Калин, — сказал он напоследок. — Давай поступать благоразумно. Ты заработала достаточно, чтобы иметь крышу над головой, еду и тепло, когда захочешь. Игра в карты обеспечила тебе все это. И если повезет, так будет продолжаться и дальше.

— Тогда зачем идти на охоту? — снова спросила девушка. — Зачем рисковать жизнью? С тобой может произойти то же, что и с Крином. Ты что, хочешь так же беспомощно лежать с переломанным позвоночником? Ты не обязан помогать его братьям добывать деньги на операцию. — Калин прильнула к Дюмаресту. — Эрл! Не уходи! Ты никому ничего не должен!

Он крепко сжал ее руки:

— Должен.

— Но почему? Почему?

— Потому что мы в западне! — Дюмарест неохотно освободился от нежного плена, ощутив при этом благоухание огненных волос. — Мы в ловушке, девочка моя. Как ты не понимаешь? Для свободных людей здесь нет работы. Нам не заработать на билет. Мы могли бы украсть его, но компания, которая торгует полетами, располагает надежной охраной и держит под контролем космопорт. Нам нельзя надеяться на выигрыш, тем более что тебя подозревают в ясновидении. Единственное, что нам остается, — охотиться на зардлов в надежде найти зерд.

Калин не унималась:

— Но ведь полет низшим классом стоит не так уж и много.

— Не много, — согласился он. — Если я поношу ошейник раба с годик, не стану тратить ни гроша из своего заработка, не буду играть в карты, пить, покупать еду и одежду, то, возможно, я соберу эти деньги. Кроме того, придется вернуть проценты с суммы, которая сразу выдается на руки, а на это уйдет еще один год. — Дюмарест наклонился к девушке и спросил ее, улыбнувшись: — Ты будешь ждать меня, Калин?

— Хоть целую вечность, Эрл.

Их глаза встретились, и он понял, что она не шутит.

— Я буду ждать тебя до тех пор, пока не погаснет солнце.

— Я не допущу этого. — Он встал. В теплых лучах света Дюмарест казался огромным и несколько неуклюжим из–за множества одежд на нем. — Я не смогу так долго прожить без тебя.

— Спасибо, любимый, что говоришь мне это.

— Нет, я серьезно. — Он наклонился и поцеловал Калин, ощутив вкус ее божественных губ. — Не волнуйся, — тихо попросил он. — Я вытащу тебя отсюда.

Он ушел, а Калин осталась сидеть одна на кровати. Перед ее глазами проносилась череда образов и картин из будущего. Она боролась с криками, порожденными страхом, которые были бессмысленным отрицанием того, чему суждено случиться.

* * *

Арн едва волочил ноги в подмерзающей грязи.

— Ты опоздал, — проворчал он.

— Ну и что? — Дюмарест посмотрел на плотную группу людей. — Вы принесли сети? И все собрались?

— Да, все здесь.

Дюмарест проверил, все ли присутствуют. Арн, Харан со своим братом Визаром и еще пятеро — всего девять человек. Возможно, их было слишком много. Рациональнее было бы взять троих с лазерным оружием: один из них разбил бы лагерь и вел хозяйство, другой — охранял бы его, третий — охотился. Но трое не смогли бы унести добычу. Они бы убивали для забавы, а не для еды.

Так поступали руководители компаний во время хорошей погоды. Убивали просто так, надеясь найти зерд, который встречался очень редко. Дюмаресту казалось, что он знает почему.

— Хорошо, — громко начал он. — Прежде чем отправиться в путь, давайте обговорим несколько моментов. Калин заработала деньги на сети и другие припасы, поэтому она получит двойную долю добычи. Арн, Харан и Визар знают повадки животных и всю местность — они получат по полторы доли. Я получу столько же. Возражения есть?

Один человек, прокашлявшись, заметил:

— Это касается всего? Головы, шкуры и хвоста?

— Всего, — коротко ответил Дюмарест. — Включая все зерды, которые мы сможем найти. Калин получает двойную долю. Принимается?

Все закивали, соглашаясь. Их дыхание струилось белыми клубами пара в морозном воздухе.

— И еще одно. Командую я, — решительно заявил Дюмарест. — Все мои распоряжения должны выполняться беспрекословно. Кому не нравится, может возвращаться домой. А если надумает уходить позже, я убью его прямо на месте. — Он пристально всматривался в напряженные лица собравшихся. — Обещаю, что из похода мы вернемся не с пустыми руками. Останемся в лесу до тех пор, пока не поймаем что–нибудь стоящее. Все согласны?