Шрифт:
Я обвиняю их в незаконных, неправильных, формально и морально недопустимых действиях по отношению к их сочленам по ЦК и по отношению ко всей партии.
Так как эти неправильные действия чрезвычайно затягивают и обостряют партийный кризис, влияя притом самым непосредственным образом на массу партийных работников, то я считаю безусловно необходимою гласность разбирательства во всем, что не заключает в себе конспиративных тайн, и потому подробно излагаю содержание своего обвинения.
/. Я обвиняю 3-х членов ЦК, Глебова, Валентина, Никитича, в систематическом обмане партии.
1) Я обвиняю их в том, что они употребили власть, полученную ими от II съезда партии, на подавление
118 В. И. ЛЕНИН
общественного мнения партии, выразившегося в агитации за III съезд. Они не имели никакого права подавлять эту агитацию, составляющую неотъемлемое право каждого члена партии. В частности, они не имели никакого права распускать Южное бюро за агитацию за съезд. Они не имели ни формального, ни морального права выносить порицание мне, как члену Совета партии, за подачу мной в Совете голоса в пользу съезда;
— в том, что они скрывали от партии резолюции комитетов за съезд и, спекулируя
на доверие к себе, как к членам высшего партийного учреждения, вводили в заблужде
ние комитеты, излагая им заведомо неверно положение дел в партии. Они мешали вы
яснению истины, отказываясь исполнить просьбу Рижского комитета о напечатании и
распространении резолюции 22-х, а равно о доставке в Россию литературы большинст
ва под тем предлогом, что эта литература непартийная;
— в том, что в своей агитации против съезда они не остановились даже перед дез
организацией местной работы, апеллируя к периферии против комитетов, высказав
шихся за съезд, дискредитируя всячески эти комитеты в глазах местных работников и
тем разрушая доверие между комитетом и периферией, без которого никакая работа
невозможна;
— в том, что через делегата от ЦК в Совете они приняли участие в составлении
постановлений Совета относительно условий созыва III съезда, постановлений, сде
лавших съезд невозможным и таким образом закрывших для партии возможность нор
мального разрешения внутрипартийного конфликта;
— в том, что, заявляя комитетам о своей принципиальной солидарности с позици
ей большинства, заявляя, что соглашение с меньшинством может состояться лишь под
условием отказа меньшинства от своей тайной обособленной организации и отказа от
кооптации в ЦК, они в то же время входили тайно от партии и заведомо против ее
волив сделку с меньшинством на условиях: 1) сохранения автономии за техническими
предприятиями меньшинства; 2) кооптации в ЦК трех наиболее ярых представителей
меньшинства;
ЗАЯВЛЕНИЕ О РАЗРЫВЕ ЦЕНТРАЛЬНЫХ УЧРЕЖДЕНИЙ С ПАРТИЕЙ 119
я обвиняю их в том, что они пользовались своим авторитетом, как члены высшего
партийного учреждения, для набрасывания тени на своих политических противников.
Они поступили бесчестно по отношению к тов. П., когда постановили в июлерасследо
вать дело об его якобы обманном выступлении в Северном комитете и затем сих пор
(22 декабря) не предъявили ему даже обвинения, хотя Глебов неоднократно видел П. и
хотя тот же Глебов позволил себе, в качестве члена Совета партии, называть в «Искре»
«обманом» поступок товарища, лишенного возможности защититься. Они сказали за
ведомую неправду, заявив, что Лидин не был доверенным лицом (Vertrauensmann) TTTC
Они вводили в обман членов партии, с целью дискредитировать в их глазах т. Бонч-
Бруевича и его сотрудников по экспедиции, печатая в «Искре» (№ 77) заявление, в ко
тором указывается (и притом неверно) лишь один пассив экспедиции — и это после то