Чудо, которое позволило избежать этой судьбы, оставалось загадкой на протяжении почти десяти тысяч лет, как и судьба их обожаемого примарха, который, как считали некоторые, так и не вернулся из боя. Героизм Вулкана, проявленный в тот день, воспевали до сих пор, но основой для этих историй служили лишь догадки и гипотезы уже мирного времени. Правда о том, что же на самом деле произошло в той катастрофе, была утеряна навеки. Хотя боль от нее по-прежнему не проходила, точно от застарелой раны, что никак не заживает. Даже постоянно впитываемый огонь не мог выжечь ее из сердец Саламандр.

— Значит, операция в Адронном Поясе завершена? — спросил Ба'кен, когда последний криорезервуар погрузили на корабль и Саламандры принялись готовиться к отлету с «Архимедес Рекса».

— Видимо, да, — ответил Дак'ир.

Двое Саламандр стояли отдельно от остальных боевых братьев, которые группами по двое-трое рассредоточились по ангару, наблюдая за погрузкой, сохраняя бдительность и ожидая приказа на посадку.

— И сейчас мы возвращаемся назад?

— Да, брат. На Ноктюрн.

К возвращению на домашний мир Дак'ир испытывал противоречивые чувства. Как и все Саламандры, он воспринимал планету как часть себя самого, и воссоединение, несмотря на ее непредсказуемый характер, было поводом для радости. Но вернуться так быстро… Это попахивало провалом и лишь усиливало сомнения Дак'ира в лидерстве капитана Н'келна.

— Пириил хочет привезти ларец Ту'Шану, чтобы тот сверился с «Книгой огня».

— А что ты можешь о нем сказать? — поинтересовался Ба'кен, в то время как мысли Дак'ира вернулись обратно, к моменту, когда он нашел на складе ларец с эмблемой Вулкана.

— О ларце? Не знаю. Пириил явно был встревожен, когда определил его происхождение.

— Странно, что ларец хранился среди оружия и брони, — заметил Ба'кен. — Как ты его вообще там нашел среди всего этого?

— Этого я тоже не знаю. — Дак'ир замолчал, словно, признав сам факт находки, про остальное и думать не хотел. Он вообще заговорил об этом лишь потому, что доверял Ба'кену как никому другому, и разговор у них был личный. — Мне казалось, что артефакт лежит на виду. Меня к нему словно вело, как будто на ларец прицепили маяк, а я шел на его сигнал. — Дак'ир глянул на Ба'кена, чтобы увидеть его реакцию, но здоровенный Саламандр не шевелился. Он просто смотрел перед собой и слушал. Дак'ир продолжил: — Когда Пириил меня нашел, я даже не понимал, что держу ларец в руках. И не помнил, как переворачивал короба с боеприпасами, чтобы его раскопать.

Ба'кен по-прежнему пребывал в задумчивости, хотя видно было, что он хочет что-то сказать.

— Скажи, о чем ты думаешь, брат. Сейчас я тебе не командир, а ты мне — не рядовой. Сейчас мы просто друзья.

Ба'кен повернулся к Дак'иру, но на лице у него не было ни намека на обвинение, недоверие или настороженность — только вопрос:

— Ты хочешь сказать, что ларец сам желал, чтобы его нашли и чтобы это был именно ты?

Дак'ир кивнул едва заметно и спросил, внезапно охрипнув:

— Я что, вроде как проклят, брат?

Ба'кен, не говоря ни слова, хлопнул боевого брата по наплечнику.

Ту'Шан со своим советом провел в Пантеоне несколько дней. Пантеон был одним из немногих залов крепости-монастыря Саламандр на Прометее. Хотя, по правде, бастион представлял собой не более чем космопорт, соединенный с орбитальным доком, где скромная флотилия ордена могла отремонтироваться и заправиться. Апотекареон занимался новобранцами и их генетическими усовершенствованиями, пока те превращались в боевых братьев. Испытательные арены были заглублены на уровень подвалов. Именно там, в этих ямах, новички и ветераны могли совместно испытать выносливость и уверенность в своих силах, как и предписывалось правилами Прометейского культа.

Хождение по горячим углям, поднятие тяжеленных кипящих котлов, обжигающая боль Жезла испытаний или раскаленных железных прутьев — это была лишь часть доказательств веры и силы воли, полагавшихся сынам Вулкана. В крепости также находились общежития и залы Реликвий, хотя опять же относительно немногочисленные. Самым престижным из них был Зал Огненных Змиев: огромная сводчатая галерея, увешанная шкурами гигантских саламандр, убитых воинами во время обряда посвящения. От них зал и получил свое название.

Огненные Змии, у которых Ту'Шан был капитаном вдобавок к регентству, жили в казармах на Прометее вместе с самим магистром ордена. Эти уважаемые воины были практически отдельной породой: процесс перехода из прославленных рядов первой роты вносил мириады изменений, полностью завершая эволюцию генетического кода десантника. В отличие от других боевых братьев, Огненных Змиев редко видели на поверхности Ноктюрна, где прочие Саламандры охотно жили среди человеческого населения, хотя часто как отшельники. Обряды Огненных Змиев были древними и тайными, их проводил сам магистр ордена. Только те, кто прошли самые жуткие испытания и перенесли невообразимые трудности, могли надеяться вступить в ряды Огненных Змиев.