В это мгновение и постигла мыслящая белка, что человек призван возвестить великую смену смерти бессмертием. Подобно тому, как земля и лес были нерасторжимо едины в общем извечном сосуществовании и каждое дерево, падая к подножью других, постепенно соединялось с ними в нарастающей нови, почва НАШЕГО Леса, эфир человеческий, лишь обогащается, когда пар моей или твоей жизни, вырвавшись из холодного тела, взовьется к небесам.

Но непременным высшим условием для того, чтобы смерть перешла в бессмертие, является необходимость каждому сотворить свою жизнь по-человечески, и это хорошо понимал наш герой, когда решился на уничтожение зверя в себе. Но убийство ни в чем не повинной белки вовсе не сделало его человеком, как и насильственное умерщвление миллионов не принесло другим завистливым оборотням тайно желанного для них превращения — они не стали бессмертными, отняв у других жизнь. Присвоение бессмертия оказалось делом невозможным для существ, которые только и могли, что присваивать да отнимать. И там на Земле, где еще полновластно насилие, убийца по-прежнему проживает дольше, чем убитый — и все же придет другой мир, в котором никто никогда не сможет убивать.

Будет, наконец, по-твоему, бедная маленькая белка, но не надо и обольщаться! Воцарение эры бессмертных произойдет нескоро, и путь к этому покажется тебе порою столь же долгим и безнадежным, как твой бег внутри беличьего колеса. И еще надо помнить, что, грустя о несбыточном совершенстве, надо стойко и неустанно работать для накопления всеобщей энергии добра.

Ты пришла из дремучего первозданного леса, где шелест и влажный блеск листвы напоминают голоса и ясные взоры тех, которые постигли любовь и отважно пошли за нею и пришли к тому, что сможет, наконец, утолить твою жажду бессмертия. А теперь МЫ отпускаем тебя, иди в свой лес — ты исполнила свою песенку, белка.