– Чем дальше, тем интереснее, - вздохнул я.
– Душевно мы вляпались. Вейрер, а ты не знаешь, не существует способа хотя бы немного сбавить активность твоих преследователей?

– Я бы гораздо охотнее узнал, за что на дроу охотятся, - пробормотал Мэртокс.

– Так нам все равно скажут, - пожал я плечами.
– Если не сам Вейрер, то те, кто за ним гоняется. Хотя я бы, конечно, предпочел подобные вещи от посторонних не узнавать.

– Боюсь, мое признание испортит вам аппетит, - криво улыбнулся Вейрер.

– Мы переживем, - надавил Мэртокс.

– Хорошо, - дроу откинулся на спинку стула и потер висок.
– Это действительно не простое клеймо. Я получил его лично от рук Властителя. Меня обвинили в предательстве своей расы и в соучастии в убийстве королевского лица своей расы. Не знаю, как у людей, а у Перворожденных это считается одним из самых страшных преступлений.

– Обвинения имели под собой основания?
– осторожно поинтересовался я.

– Разумеется!
– удивился Вейрер моей непонятливости.
– Я же сказал, что меня клеймил Властитель. Ошибка исключена. Я действительно предал свою расу и помог убить свою королеву.

– И этот эльф читал мне лекции по поводу того, что королевская кровь священна!
– фыркнул Мэртокс.
– Давно надо было залезть в справочник по Перворожденным и отыскать там значение твоего клейма. Надеюсь, отец об этом никогда не узнает, иначе...

– Но он знает!
– хмыкнул Вейрер.
– И он, и Варвара. Я посчитал невозможным скрыть от них подобное, ведь они собрались доверить мне жизнь своего сына. Однако для них оказалось важным не то, как я поступил, а то, почему я это сделал. И, выслушав причину, они решились мне довериться.

– И что это была за причина?
– не выдержал я.

– Много будешь знать - скоро состаришься!
– огрызнулся Вейрер и приступил к завтраку, дав понять, что разговор закончен.

– Господа, - подкатил к нашему столику Руфус.
– Дело в том, что сегодня в нашем трактире выступает знаменитый менестрель...

– И по этому поводу с нас хотят слупить дополнительную плату?
– тут же догадался Мэртокс.
– Менестрель-то хоть толковый?

– Мои друзья не будут платить за этот концерт!
– отрезал я.
– Или Дитрейн поет бесплатно для нас всех, или мы уходим.

– Дитрейн?
– нахмурился Мэртокс, явно пытаясь что-то вспомнить.
– А это не цветочный эльф, у которого есть цикл баллад о Темной стороне?

– Ты-то его откуда знаешь?
– поразился я.

– Он действительно известный менестрель, - объяснил чёрт.
– Его творчество давно уже пересекло границу этого измерения. Мы действительно его увидим?

– Можешь обернуться и посмотреть прямо сейчас, - щедро предложил я, указав рукой на Дитрейна, который уже вооружился лютней и уселся на барную стойку.

– Оставь, Руфус, - попросил цветочный эльф.
– Я спою бесплатно не только для Андрея, но и для его друзей.

– Он называет тебя по имени?
– дернул бровью Вейрер, с любопытством рассматривая Дитрейна.

– Лучше не спрашивай!
– скрипнул зубами я.

Цветочный эльф действительно оказался талантливым менестрелем. Впрочем... талантливым - это не то слово. Дитрейн владел музыкой, лютней и публикой так, что мир вокруг просто переставал существовать. И я искренне наслаждался концертом. До тех самых пор, пока Дитрейн не затянул песню о белокуром маге с ледяным сердцем, одетом в рубашку цвета крови. Я поймал на себе изумленные взгляды Мэртокса и Вейрера и, застонав, уронил голову на стол, накрыв сверху руками. Господи, ну за что мне это, а?

В том, что выступление Дитрейна в "Цветочном эльфе" вызовет ажиотаж, я даже не сомневалась. Думаю, если бы не мое личное знакомство с Перворожденным, в трактир бы я не попала. И это было бы очень неприятно. Во-первых, я, как и все остальные, была восторженной поклонницей таланта Дитрейна. Он, конечно, пел мне, когда мы оставались наедине, но выступление... это особая вещь. Цветочный эльф, казалось, подпитывался энергетикой своих слушателей и звучал просто фантастически. А во-вторых, мне было очень интересно, каким образом Дитрейн собирается соблазнить Андрея. Похоже, маг понравился эльфу с первого момента знакомства. Но (что самое забавное) Андрей не только не отвечал ему взаимностью, но и откровенно шарахался от Дитрейна. Поэтому я нисколько не удивилась, увидев, что эльф вскочил в четыре утра и надел свой лучший наряд. Правда, я была бы намного более счастливой, если бы он не разбудил при этом меня. И не заставил полтора часа выбирать лучшее из своего репертуара. Остается надеяться, что Андрей все это оценит.

Заспанный маг соизволил появиться в трактире позже всех. Причем совершенно искренне умудрился не заметить ни меня, ни Дитрейна. Казалось, единственное, чем он удивлен - так это количеством присутствовавшего народа. Цветочный эльф окинул предмет своей очередной великой любви с головы до ног и мечтательно вздохнул. Ну... Дитрейна можно понять. Андрей действительно был очень хорош собой. Высокий, стройный, подтянутый, надменный... и не скажешь, что он перемещенец, оказавшийся в чужом для себя мире. Ведет себя, как дома. Растрепанные светлые волосы, равнодушный взгляд холодных глаз необычного серого цвета, экстравагантная одежда и... никаких комплексов по этому поводу. Неужели в их мире носить подобные кроваво-красные рубашки - это нормально? И нормально вести себя так, как будто ты Перворожденный? Я впервые в жизни видела на лице Дитрейна такое растерянное выражение. Казалось, он не знает, что делать. До сих пор его никто не смел игнорировать. А Андрей бросил на эльфа быстрый взгляд, слегка поморщился и спокойно сел завтракать. Я, конечно, могла бы подумать, что маг просто набивает себе цену, но... он ни разу, даже мельком не взглянул на Дитрейна. Похоже, эльф действительно глубоко ему безразличен. Но почему? Дитрейн - самое прекрасное, чувственное и совершенное существо.