Джессика кивнула и стала наполнять два маленьких стаканчика, нажимая на рычаг, пока оба как следует не наполнились.

— Почему бы тебе не устроиться на новую работу, Гретхен? — спросила Джессика. — Вы, ребята, по-моему, чертовски скучаете.

— Я прекрасно провожу время со своей семьей, — ответила Гретхен, окуная ложку в стаканчик с малиновым мороженым.

— Ну и куда вы направляетесь? — спросила Джессика.

— Не знаю. Мы могли бы пойти что-нибудь стырить из магазина.

— Будьте осторожны. Если вас арестуют, вам придется какое-то время посидеть без дела. Папа работает допоздна, а я только в семь освобождаюсь.

— Ладно, — сказала Гретхен. — Слушай, мы тут с Брайаном говорили. Сколько тебе было, когда ты потеряла девственность?

— Чего? — Джессика отступила, снова скрещивая руки на груди.

— Сколько тебе было лет, когда кто-то сорвал твой цветочек?

— Почему ты спрашиваешь?

Во Дворце Йогурта не было посетителей, и вентиляторы шумно крутились над головой.

— Ладно, забудь, — сказала Гретхен.

— Нет, откуда тебе вообще знать, что я не девственница? — спросила Джессика.

— А мы видели у тебя в шкафу резинки.

— А-а!

— Ну и?

— Ну не знаю. Шестнадцать, наверное.

— С кем?

— Билл Пэрис.

— Парень на синем «камаро»?

Джессика кивнула:

— Ага, — а потом спросила: — Зачем тебе это?

— Ну не знаю. Просто нам было интересно. Для сравнения.

— Ну, ребята, а как у вас с этим делом?

Гретхен покраснела.

— Ну не знаю. В прошлом году.

— С кем?

— Со своей рукой, — вздохнула Гретхен.

— А как насчет тебя, Брайан Освальд? — спросила Джессика.

— Я еще не встретил подходящую девушку, — сказал я. — А что, есть предложения?

— Нет. — Она опустила глаза. — Ну это еще ничего не значит. Все мои знакомые, которые рано начали заниматься сексом, теперь в абсолютной жопе.

— Тебе не обязательно врать, — сказала Гретхен, глядя в потолок. — Мы в порядке. Правда.

— Это случится, и когда это случится, это будет прекрасно, потому что вы не стали спешить.

— Наверное, — Гретхен посмотрела на фотографию. — Мы с мамой и Брайаном собираемся пойти посмотреть на моряков. До встречи.

— Ладно, увидимся, — сказала Джесс.

— Увидимссссяаааа, — прошептала Гретхен призрачным голосом, поднимая мамину фотографию над головой и тряся ею. — И Джесс...

— Да?

— Спасибо, что не вела себя как вонючка.

В тот пятничный вечер, идя на чью-то подвальную вечеринку, я решил что в этот раз я непременно должен объясниться с Гретхен. Это также подразумевало три вещи:

1. Я попытаюсь сказать Гретхен о своих чувствах, но, вероятнее всего, опять все проебу.

2. Если Бобби Б. придет с Ким, он даст кому-нибудь подзатыльник.

3. Что-нибудь случится, и мы с Гретхен к концу вечеринки так или иначе поссоримся.

Я слонялся по торговому центру, только чтобы не сидеть дома, потому что у мамы был выходной, так что я прохаживался с напыщенным видом, пристально разглядывая горячих цыпочек с голубыми тенями на веках и перламутровой помадой, в лакированных туфлях на высоких каблуках, в черных свитерах с высоким воротом и мини, мини юбках из джинсы, цыпочек, которые все работали в отделах одежды для таких же цыпочек; а также я был занят своей эрекцией, стоя напротив отдела с нижним бельем, разглядывая эти красные и фиолетовые и черные лифчики и трусики, думая о том, что, поскольку на этих манекенах такие сексуальные трусики, наверное, не так уж и плохо было бы заняться этим с одним из них; а также я убивал время в галерее видеоигр «Замок Аладдина», проверяя, на месте ли мои очки, которые я набрал за неделю до этого.

Где-то между эрекцией и видеоиграми я набрал номер Гретхен из телефона-автомата и спросил, что она делает, а она спросила, не хочу ли я пойти на вечеринку к этой Эсме, и я сказал: «Почему бы и нет блин», и решил: Вот. Вот оно. До выпускного вечера оставались каких-нибудь две недели, и сегодня была пятница и все еще типа лето, тепло и ясно, и от этого ты чувствовал себя безбашенным, как будто ничто на свете тебя не волновало — то есть меня как раз волновало, но знаете, я вроде как пытался перехитрить сам себя. Я пошел купил флакон типа «Дракара», этого вонючего европейского одеколона, вылил его на себя, доехал на автобусе до Гретхен, и оттуда мы отправились вместе.

Ладно, вам когда-нибудь приходилось бывать на подвальных вечеринках? Я был на паре таких, с Гретхен. Там, как правило, громко. Обычно это происходит так: чьи-нибудь родители уезжают из города, кто-нибудь приглашает поиграть группу своих приятелей, кто-то из приглашенных зовет еще кого-нибудь, тот еще кого-нибудь, и в результате толпа человек в сто собирается в чьем-нибудь подвале послушать какую-нибудь дерьмовую панк-рок группу, перепевающую песни Ramones, и кто-то начинает беситься, кто-то — обжиматься, а кто-то с кем-то напрочь рвет отношения.