Но для такого вывода нужно было собрать доказательства и тщательно их проверить. И доказательства нашли. В одном из христианских мавзолеев была обнаружена мозаика, изображающая галилейского рыбака - того самого Кифа, которому Спаситель нарек пасти овец Его. И мавзолей этот стоял в каких-нибудь пятнадцати метрах от «огороженного места»…Больше того, на «красной стене», рядом с нишами, ученые обнаружили и расшифровали надпись, в которой упоминалось имя «Петр», написанное по-гречески. Таким образом, хронология интересующих нас событий легко поддается восстановлению. Итак, в шестьдесят седьмом году Петр был казнен в цирке Нерона и погребен на близлежащем кладбище. Начиная примерно с восьмидесятого года его могилу стали охранять, о чем свидетельствует подземная стена, христиане, очевидно, купив этот участок, возвели вокруг гробницы Петра каменную ограду. Во II веке христиане поставили так называемую «красную стену». Наконец, в сто шестидесятом году строительство сооружения, которое Гай окрестил «трофеем Петра», было завершено. Оставался только один вопрос. Почему могила была пустой? Нашли ответ и на этот вопрос. В «красной стене» как говорилось выше, имелись три ниши. Одна ниша была аккуратно облицована мраморной плиткой, и уходила довольно глубоко в стену. Там, внутри, были найдены человеческие кости; судя по тому, что их спрятали в столь надежное место, они являлись некими реликвиями, а раз эти реликвии замуровали под собором Святого Петра, значит, они могли принадлежать только Святому Петру, и никому другому. Этот факт получил подтверждение и сейчас ни у кого не вызывает сомнений. Вот и вся история.
– Этими словами Александрова закончила свой рассказ.

Уже в воздухе, полулежа в кресле самолёта, Боуд раз за разом осмысливал весь рассказ Александровой, пытаясь найти для себя точку опору. Он отчётливо понимал, что это тема святая святых, и он не имеет право ошибаться. Кроме всего прочего, Боуда мучило одно обстоятельство. Почему не появились сто сорок мучеников? Ведь во всех прошлых загадках все концы точно сходились. А здесь нет. Почему? Почему они не появились? И что вообще означали эти слова? Он впервые двигался дальше, имея позади себя вопросы. И этот факт не мог его не беспокоить. Боуд оглянулся. Олеся и профессор Коэл спали в креслах. Александрова о чём-то задумалась. Боуд кашлянул. Услышав кашель, Александрова посмотрела в его сторону. Боуд жестом показал, что хотел бы с ней поговорить. Ни слова не говоря, Александрова покинула своё кресло и села рядом с ним.

–  Хотелось бы задать вам несколько вопросов, Ольга? С вашего позволения разумеется!

–  Давайте уж без церемоний, Джемс!
– ответила Александрова.
– Что вы хотите узнать?

–  Меня беспокоит один момент, - без предисловий заговорил Боуд, - в шестой части тайны остался невыясненным один момент. Если вы помните, в пятой части говорилось о ста сорока мучеников. Так вот. Ключи найдены, а эти слова не получили каких-либо реальных очертаний. Их как будто и нет вовсе. Создаётся ощущение, что они вообще не были нужны. Однако я полагаю, что это всего лишь ощущение и не больше. Они должны получить подтверждение. Больше того, я полагаю, что без ответа на этот вопрос, мы не сможем найти последнюю, седьмую часть тайны. Хотя, допускаю, что в этом конкретном случае я могу и ошибиться.

Александрова со всем вниманием выслушала его.

–  Что вы хотите услышать от меня, Джеймс?

–  Только то, что вы думаете об этих словах. Чтобы они могли значить, по-вашему?

Александрова задумалась. Думала она долго, но так и не пришла к определённому выводу. Это было заметно по выражению её лица.

–  Ничего вообще?
– с надеждой спросил Боуд.

–  Ничего, Джеймс. Я даже близко не представляю, что могут значить эти слова. К сожалению.
– Александрова явно расстроилась по причине того, что не смогла помочь Ьоуду.

–  Давайте пойдём с другого конца?
– предложил Боуд.

–  Всё что угодно, Джеймс, если это только в моих силах, - с подкупающей искренностью ответила Александрова.

–  Спасибо вам, Ольга. А сейчас, не могли бы вы ответить вот на такой вопрос.
– Боуд замолчал, но чуть позже очень медленно продолжил. Он словно раздумывал о том, какой именно вопрос задать.
– Вы рассказывали, что под собором Святого Петра был найден целый Некрополь.

Александрова кивнула.

–  Так вот, не может быть так, что там есть нечто,…ну скажем, архитектурное сооружение

–  Постойте, - неожиданно перебила его Александрова. Её взгляд загорелся.
– Я, кажется, начинаю понимать, о чём идёт речь.

–  Неужели?
– Боуд просто не мог поверить в такую удачу.

–  Да…точно. Я вспомнила. Площадь Святого Петра…кончено же, - Александрова радостно засмеялась, - как я могла забыть? В центре площади святого Петра стоит обелиск. Его установил ещё Юлий Цезарь. Говорят, что на самой верхней точке обелиска есть маленький железный шар. И в нём покоится прах великого Цезаря. Так вот, - с видимым азартом продолжала рассказывать Александрова, - вокруг этого обелиска, или вернее полукругом, площадь окружают двести сорок высоких колонн.

–  Двести сорок не наше число, Ольга!

–  Это колонны. Они как раз и созданы для того, чтобы держать мучеников. Иными словами говоря, на колоннах, окружающих площадь Святого Петра, стоят статуи ста сорока мучеников.

–  Это точно?

–  Абсолютно точно и не подлежит никакому сомнению. Вы что, ни разу не бывали в Ватикане?
– удивлённо спросила Ольга.

–  Нет, но я просто счастлив, что вы там бывали и всё знаете.
– Боуд поблагодарил Александрову открытой улыбкой.

–  Ну, если это всё?
– Александрова приподнялась с места.

–  Всё. Огромное вам спасибо, Ольга!

–  За что? Мы все обязаны сделать всё возможное в создавшейся ситуации.

Оставшись в одиночестве, Боуд снова погрузился в раздумье. «Итак, можно принять за основу сказанное Александровой. Если так, то уже сейчас можно говорить о возможности разгадать последнюю часть тайны».
– Боуд почувствовал лихорадочное волнение. Вернейший признак того, что он движется в правильном направлении. «Отсюда простой вывод, - продолжал размышлять он, - если Александрова права, а я полагаю, что так оно и есть,…значит,…эти ключи каким-то образом должны изменить положение всех скульптур. Именно всех, раз указано полное число. И именно таким образом, а не иначе. Ведь вначале шли слова про ключ и уж потом о том, что сто сорок мучеников восстанут. Значит, мы движемся в правильном направление. И это направление упирается…в площадь Святого Петра. Ватикан…именно там находится отгадка. Именно там. В этом не может быть никаких сомнений. Возможно в одной из колон. А может и в этом самом обелиске.- Боуд зацепился за следующую мысль.
– А может в этом самом железном шаре, который находится на обелиске? Вне всякого сомнения, достойная мысль. В любом случае, мне нужно просмотреть всю площадь. Возможно, повезёт как в прошлый раз, и я найду нечто, что откроет нужное место. Хотя, - Боуд задумался, - хотя ответ может лежать и в самих мучениках или ком-то ещё, кто может находиться рядом с ними. Точно,…чёрт возьми, ведь это на самом деле прекрасная мысль! А вдруг?
– Боуд осёкся и снова кашлянул. Александрова оглянулась на него.