А в полдень вновь cинеют выси, Опять стога, как облака, Опять, как водка на анисе, Земля душиста и крепка.

* * *

Так как брезжит день, и в близости рассвета И в виду надежд, разбитых, было, в прах, Но сулящих мне, что вновь по их обету Это счастье будет всё в моих руках,

Навсегда конец печальным размышленьям, Навсегда - недобрым грезам; навсегда Поджиманью губ, насмешкам и сомненьям И всему, чем мысль бездушная горда.

Чтобы кулаков не смела тискать злоба. Легче на обиды пошлости смотреть. Чтобы сердце зла не поминало. Чтобы Не искала грусть в вине забвенья впредь.

Ибо я хочу в тот час, как гость лучистый Ночь моей души, спустившись, озарил, Ввериться любви, без умиранья чистой Именем за ней парящих добрых сил.

Я доверюсь вам, очей моих зарницы, За тобой пойду, вожатого рука, Я пойду стезей тернистой ли, случится, Иль дорога будет мшиста и мягка.

Я пройду по жизни непоколебимо Прямо за судьбой, куда глаза глядят. Я ее приму без торга и нажима. Много будет встреч, и стычек, и засад.

И коль скоро я, чтоб скоротать дорогу, Песнею - другою спутнице польщу, А она судья, мне кажется, не строгий, Я про рай иной и слышать не хочу.

1938

из Поля Верлена