Несмотря на затекшую шею и пульсирующую головную боль, она вынуждена была держать руки на затылке и опустить голову так, чтобы видеть только пол. За исключением разрешения сходить в туалет — выпросить которое стоило немалых усилий — все пленники постоянно стояли в таком же, как и она, положении. Один из мужчин потерял сознание. Как только он пришел в себя, его вновь заставили стать на колени.

После случившегося с мужчиной, Густафсен вновь и вновь возвращалась к мысли притвориться, что и она потеряла сознание. Увы мгновения отдыха могли обойтись ей слишком дорого: упавшему мужчине нанесли несколько сильных ударов ногами. То ли террористы проверяли, действительно ли он потерял сознание, то ли просто наслаждались избиением беспомощного человека. А может, и то и другое одновременно.

Окружающая электроника, похоже, восхищала Хорста не меньше, чем ужас, наводимый на пленников его ножом.

Происходящее в городке Сан-Мартин напоминало невыносимо затянувшийся боевик, снятый с потрясающим реализмом. Вызванная для регулировки оборудования Густафсен получила малоприятную возможность лицезреть все на экранах мониторов. Временами она оказывалась бессильной, поскольку трое парней в закрывающих лицо черных масках — Густафсен догадывалась, что это противники террористов — уничтожили несколько камер. Теперь, когда огонь поглотил почти все, во всем городке остались только две действующие камеры.

Элеанор Густафсен почти надеялась, что скоро выйдут из строя и они. Она не могла больше смотреть этот боевик. В то же время она понимала, что после уничтожения последней камеры, равно как и после смерти или пленения трех противников террористов, она и ее товарищи станут для террористов лишней обузой.

И она продолжала лихорадочно искать способ остаться в живых или, по крайней мере, перед смертью поквитаться с врагом.

Элеанор Густафсен закрыла глаза, пытаясь отвлечься от усиливающейся боли и сосредоточиться на своей задаче.

Валил густой снег. Бэбкок вновь натянул на себя маску, защищающую лицо от пронизывающего ледяного ветра. Помимо своего рюкзака и обычного снаряжения он нес четыре автоматические винтовки, несколько пальто и свитеров. Рюкзак был доверху набит запасными патронами. Кроме того, он прихватил с собой два пистолета.

Отыскать тропу, оставленную после себя добровольными заложниками, не составляло особого труда. Правда, ветер почти мгновенно заметал следы, но ему то и дело попадались отметины, сохранившиеся в местах привалов, или снег, примятый чьим-то упавшим телом. Выдерживая среднюю скорость, Бэбкок увидел добровольцев уже через сорок минут после того, как расстался с друзьями. Если бы не дополнительная тяжесть, он догнал бы их вдвое быстрее. Присоединившись к ним, он избавится от значительной части своей ноши, да и идут они намного медленнее.

Необходимость оставить друзей и отправляться с гражданскими, пришлась ему далеко не по душе, но доводы Хьюза были достаточно убедительны. И он, и Кросс обладали значительно большим, нежели он, боевым опытом. Фактор, приобретающий в данных обстоятельствах первостепенное, значение.

Приблизившись к группе добровольцев, Бэбкок увидел, что те рассыпаются в стороны, укрываясь за камнями по обе стороны проделанной ими тропы.

— Эй! — Прокричал он. — Это я, Бэбкок, то есть Карвер. Эй!

Голос, раздавшийся из-за камней он узнал сразу, но слова оказались для него полной неожиданностью.

— Стойте на месте и поднимите руки вверх! — ответила ему Джилл Бейтс.

Руководитель террористов явно обладал немалым военным опытом. Ошибки его первоначальной стратегии объяснялись тем, что он не принял во внимание невозможный, с его точки зрения, вариант: противник может оказаться вооруженным. Однако сейчас строй его войск, поднимающихся по склону горы, был безупречен и свидетельствовал, что командир их прошел службу в армии.

Около двадцати человек начали подъем с западной окраины городка. Таким образом, они оставались практически вне пределов досягаемости.

— Нужно отдать должное сообразительности этого парня, — почти небрежно заметил Хьюз. — Они собираются обойти нас сверху. Если мы останемся здесь достаточно долго, то окажемся зажатыми с двух сторон.

Кросс закурил и вновь поднес к глазам бинокль.

Второй отряд поднимался по пути оползня, под тросами подвесной дороги. Тридцать человек пробивались сквозь снежные завалы, стараясь по возможности не высовываться из-за деревьев. Полностью избежать огня они не могли и потому лишь старались свести потери к минимуму. Третья и последняя группа — во всяком случае, Кросс полагал, что отрядов только три — подготавливала тяжелое оружие.

Кросс отложил бинокль и принялся заряжать обоймы пистолетов.

— Послушай, эти штуковины ужасно похожи на “Стингеры”. — Люди в белых комбинезонах распаковывали оружие, издали напоминающее базуки времен второй мировой войны.

— Ты имеешь в виду эти запускаемые с плеча ракеты?

— Вот именно, — улыбнулся Кросс.

— Что ж вполне одобряю их выбор. Цифровое управление позволяет творить чудеса. Опытный оператор может даже сбить такой штукой низко летящий реактивный самолет. Почти поразительно.