–  Ты пленник. Надо тебя вести в Монастырь, но я не могу, потому что мне вечером приказано вернуться за Питти. И еще мне понадобится Килк… Что же с тобой делать?
– озадачился Эль.
– Эй! Бияш!

–  Я здесь.
– Мутант снова вышел из подземелья, неся в руке большой красивый шлем, тот самый, что показывал накануне. Второй такой же украшал его голову.
– Но я занят, и не смогу тебе помочь. Поступай как знаешь.

–  Тогда… - задумался Эль.
– Тогда… Тогда надо перекусить. Снимай пояс, полковник, я свяжу тебе руки.

–  И не подумаю.
– Томас воровато проследил взглядом за скрывшимся Бияшем.
– Попробуй сам его взять! Я…

Коротким ударом древка Эль заставил полковника согнуться, а потом плашмя припечатал его лезвием по затылку. Томас не потерял сознания, но, оглушенный, ворочался так вяло, что степняк скрутил его без особого труда.
– Вот и все, - гордо сказал он.
– Ты со мной поменьше спорь, Томас. Идем теперь искать кроликов, а по дороге ты мне расскажешь, кто ты такой, почему служишь раскорякам и зачем сюда прилетел.
– И не подумаю. А еще забудь это мерзкое слово!
– Почему?
– не понял Эль.

–  Потому что я воин, а не дикарь.
– Томас плюнул, целясь в лицо Элю, но в пересохшей глотке оказалось маловато слюны.
– Я больше не скажу тебе ни слова, убийца пауков.
– Во-от оно как… - недобро протянул степняк.
– Ладно. Увидим.

Эль отволок пленника на луг, чтобы его было хорошо видно, и занялся охотой на кроликов -своим вторым, после рыбалки, любимым занятием. Преимущественно ночные зверьки и днем часто покидали норки, хотя уже успели научиться всерьез опасаться людей. Потратив немало времени на выслеживание, Эль наконец выбрал момент для броска и метнул копье.

Кролик, заметив движение, мгновенно бросился к норке, не предполагая, что охотник ее тоже видит. Брошенное именно с таким расчетом оружие настигло ушастого у самого входа. Степняк удовлетворенно крякнул и не спеша приблизился к разрезанному почти пополам кролику.
– А еще они говорят, что без лука не проживешь… - проворчал он, вспоминая старые споры.
– Да я в деревне слуг бомбардиров стрекозу… Вскоре он уже разжег огонь, ловко управившись с парой сухих палочек, и тут же увидел важно приближавшегося Килка. Тот, наверняка, давно закончил с воздушным шаром и поджидал в сторонке, когда Эль приготовит еду, а теперь шагает сюда с видом героя, победителя пауков… - Ну, что, - невесело спросил Эль у сидящего рядом Томаса, - развязать руки?
– К чему?
– без улыбки поинтересовался тот.
– Я - пленник.

–  Да, но в рот-то я тебе еду вкладывать не стану, имей в виду.
– Эль повалил полковника вражеской армии на живот и быстро распутал узел.
– Вот идет тот, кто тебя изловил. Или ешь сам, или пусть он тебя связывает обратно и кормит сам. Как хотите, так и договаривайтесь.

Томас мрачно покосился на Килка, хотел было что-то сказать, но передумал. Между тем, ветеран Великого Похода невозмутимо устроился у огня и, посасывая соломинку, стал наблюдать за приготовлением пищи. Эль молчал, всячески выказывая полное невнимание к присутствию героя.

–  К нам гости, - заметил вдруг Килк, когда жаркое уже начало распространять аромат.
– Насколько я могу разглядеть, это из племени Оленей, все пятеро.

–  Да, - вынужден был согласиться оглянувшийся Эль.
– Они, наверное, ищут Питти, потому что собрались в Лес, за семьями. Веревки тащат… Думаю, шаман не обрадуется.

–  Значит, я смогу отвести пленного в Монастырь, к Класу и Элоиз, - заключил Килк.
– Эти здоровяки тебе помогут подняться вверх по реке.
– Питти тоже будет интересно знать, что затевают пауки!
– возразил Эль.
– Надо допросить его прямо сейчас.
– Я ничего не скажу!
– задрал голову Томас.
– Можете хоть зажарить меня на костре!

–  Да у него выучка, будто с Туу-Пси в Поход ходил… - похвалил полковника Килк.
– Знает, что я собираюсь делать!

–  То есть ты согласен, что его следует допросить, - удовлетворенно уточнил Эль.
– Отлично. А вашего Туу-Пси я немного знал, он помер у меня на руках. Так вот, по-моему, дрянь был старикашка. Поэтому жарить мы Томаса не станем, а лучше я ему пальцы древком давить буду.
– Ты?
– нахмурился его соперник.
– А почему не я?
– Потому что я первый предложил. А если ты его поджаришь - он, может, помрет.

–  Бывало и такое… - вздохнул ветеран.
– Вот что: ты ломай ему пальцы на одной руке, на правой, она уже все равно отбита. А если он промолчит, то я ему глаз выдавлю, медленно. Ладно?

–  Хорошо.
– Эль вынул недожарившегося кролика из огня, вытер пальцы и взялся за копье.
– Давай, Томас, клади на этот камень руку.
– Я на тебя надеюсь, держись, - похлопал Килк Томаса по плечу.

–  Послушайте… - уставился на свою руку полковник.
– Хоть вы и дикари, но… Я ведь все равно вам ничего не скажу, почему бы вам просто не убить меня?