Идея в том, чтобы попытаться почувствовать общие очертания всего этого, а не в том, чтобы слишком доверять каждому предложению, каждому слову. Такого рода отношение стало серьезной проблемой в изучении Буддизма. Если вы слишком заняты деталями, вы можете потерять перспективу всего целого. Но если вы способны почувствовать паттерн в целом, очертания предмета в целом, вы обнаружите, что это намного более применимо к вашей жизни. Как только это случилось, детали начинают приходить сами собой, спонтанно. Например, если вы владеете основным пониманием развития пяти скандх — у вас есть ощущение процесса в целом, так что детали становятся менее изолированными и менее несвязанными фактами. Вместо этого они являются просто частью этой карты.

Вопрос: Если вы запоминаете эти вещи более или менее наизусть, в какой момент они становятся частью ваших чувств и ваших концепций?

Ответ: По-видимому, к этому есть два подхода: путь строгой дисциплины принятия всего без выбора, или попытка работать согласно вашему интересу. Однако если вы принимаете второй подход, этому интересу следовало бы опираться на полный контекст, так чтобы вы не были увлечены очарованием одного особого аспекта этого предмета.

Вопрос: Предположим, что вы очень хотите отказаться от любой идеи выбора и принять нечто, что могло бы в конечном итоге стать частью вас.

Ответ: Что ж, это подходит одному из. типов личности. Этот вид обуславливающего процесса, о котором вы говорили, подобен медитации. Нравится вам или нет, вы продолжаете медитировать. Это может быть не особенно приятно, в действительности это могло бы крайне надоесть. Заучивание наизусть или чтение не должно быть ориентировано только на явно глубокие или высокопарные предметы. Оно могло бы быть довольно обычным и простым. Из этой простоты вы можете многому научиться. В Тибете существовала тенденция, когда некоторые учителя становились экспертами в особых коротких изложениях писаний различных великих учителей. Ежегодно разбивали лагерь, где эти учения преподносились очень просто. На этих летних группах изучения присутствовали сотни людей, хотя каждый год готовилось одно и тоже и точно одним и тем же способом. Но каждый год в своем понимании люди проходили немного дальше. Не только изучающие, но и сами учителя находили, что ежегодно это проходило так, как будто они никогда прежде не читали этих отдельных положений.

Вопрос: Когда вы говорили, что чтение должно быть приложимо к нашей медитации, вы не имели ввиду размышления о ком во время медитации, не так ли?

Ответ: Нет, но обеспечение некоторого ощущения пространственной медитации или медитации открытости — хорошая подготовка к чтению. Если вы позволяете себе некоторый перерыв или пространство для отдыха, чтобы сесть и абсолютно ничего не делать, вы выздоравливаете от вашей поспешности. Тогда вы в состоянии бытия, более подходящем для чтения и усвоения.

Вопрос: Когда мы впервые в наших психологических процессах начинаем замечать некоторые вещи, о которых мы узнали в абхидхарме, как нам увидеть взаимосвязь этих процессов, а не просто застрять только на их идентификации: «Ага, я вижу это! Об этом говорится в абхидхарме!»

Ответ: Если вы таким образом узнаете что-то в моменте, это (уже) автоматически взаимосвязано. Такое воодушевление основывается на причинно-следственном паттерне, который есть часть целого. Но я думаю, главное в том, чтобы не возгордиться по поводу открытия в вашем бытии чего-то, что соответствует абхидхарме. Вопрос не в том, чтобы подогнать вещи к некой системе или доказать что-либо самому себе, но в том, чтобы увидеть паттерн, как он есть. Вы только узнаете его и идете дальше. Это не столь существенно.

Вопрос: Я не понимаю временной шкалы, на которой имеют место двенадцать нидан. Случаются ли они в каждый момент, или это занимает все время жизни, или много жизней?

Ответ: Они происходят каждый момент. Чтобы ввести текущее переживание в действие, должны иметь место двенадцать типов цепной реакции. Они формируют паттерн. Они не являются независимыми; каждое из них зависит от предыдущего. Но все это разворачивание может случиться в долю секунды. Абхидхарма сравнивает двенадцать нидан с кипой бумаги. Можно за секунду проткнуть ее иглой. Если этот процесс разделить, то вы могли бы рассмотреть точку, где игла пронизывает первый лист бумаги, затем следующий и следующий, и их было бы двенадцать. И каждый из этих двенадцати можно было бы расчленить на три части — касание, проникновение, прохождение насквозь и касание следующего. Этот процесс, который составляет ум эго, можно подразделять бесконечно — вот почему не существует эго как цельной вещи. Его невозможно обнаружить ни в одной из частей этого процесса. Вещи случаются мгновенно и нет такого «плотного независимого предмета», как "я" или «мое».

Вопрос: Означает ли это, что каждый момент является одним из этих циклов двенадцати?

Ответ: Да.

Вопрос: Скажем, я сумел увидеть каждый шаг в процессе —…?

Ответ: Вы бы не сумели увидеть каждый шаг в процессе. Это невозможно.

Вопрос: Что же можно увидеть?

Ответ: Вы бы смогли воспринять общий паттерн, воспринять его, а не увидеть. Независимо от остроты вашего ума вы не смогли бы увидеть их, не восприняв каждое из двенадцати как отдельное.

Вопрос: Вы имеете в виду, что это можно воспринять, будучи частью этого?

Ответ: Да, вы смогли бы быть частью этого и вы могли бы почувствовать это таким образом.

Вопрос: Что является нитью непрерывности между этими двенадцатью шагами?

Ответ: Процесс начинается с неведения, а заканчивается смертью, а затем смерть снова продуцирует неведение. Это продолжается и продолжается.

Вопрос: Но здесь должна быть нить связи, иначе не было бы абсолютно никакой непрерывности. В один момент я бы видел вас, а в следующий момент я бы был в Англии и видел свою мать.