С белым флагом в руке, спешившись, Страйк шагал к воротам Рафетвью. С ним отправились Коилла, Элфрей и Джап. Хаскера оставили управляться с разросшимся отрядом. У ворот показались часовые. Одеты они были одинаково, в коричневые камзолы, черные штаны и высокие кожаные сапоги. Все с мечами, у двоих-троих с плеча свешивались луки.

— Приятная встреча, — произнес Страйк. — Мы пришли с миром.

У одного из часовых на руке была зеленая повязка, по-видимому, признак старшинства.

— Если вы с миром, то мы ответим тем же, — отвечал он по протоколу. И, слегка отступив от него, добавил: А зачем вы пришли?

— Чтобы поговорить с вашим вождем.

— У нас нет вождя. Всем заправляет Совет старейшин, из военных и священников. Решения принимаются сообща.

— Отлично. Можно повидать кого-нибудь из Совета?

— Мы не отказываем в аудиенции без веских на то оснований. Однако объясни мне суть вашего дела.

— Мы просто хотим укрыться за вашими стенами. Нам надо отдохнуть, прежде чем идти дальше.

— Вас много, и вы орки. Разве вам не обойтись без нашей защиты?

— Даже оркам надо спать, а сейчас тревожные времена. И мы не представляем для вас угрозы, можете положиться на мое слово. Мы готовы даже сдать оружие.

Это, по-видимому, изменило многое.

— Думаю, орку нелегко решиться на такое предложение, — произнес офицер. — Можете оставить ваше оружие при себе. Но предупреждаю, что всякая попытка обмана встретит отпор.

Он указал на одну из сторожевых башен, потом на другую, напротив ворот. На каждой стояли лучники с натянутыми луками.

— За вашими передвижениями будут следить, и у них есть приказ при первых признаках насилия с вашей стороны убить вас. — Офицер улыбнулся слабой, почти извиняющейся улыбкой. — Надеюсь, вы поймете, что эти меры предосторожности необходимы.

— Разумеется. Как я уже сказал, времена сейчас тревожные.

Офицер кивнул. Потом провел гостей через ворота.

— Многообещающее начало, — прошептала Коилла.

Не успел Страйк ответить, как они оказались перед парой других официальных лиц. Два человека, которых орки приняли за старейшин, и прямой, как кол, военный чин. Судя по тройным нашивкам на рукаве, чин у него был высокий.

Один из старейшин выступил вперед:

— Я — председатель Трейлор, а это — член Совета Янделл. Приветствую вас. Познакомьтесь также с главнокомандующим Реллстоном — он командует нашими вооруженными силами.

Главнокомандующий не проронил ни слова и даже не улыбнулся. Насколько орки могли судить, это был человек в расцвете сил, с волосами, лишь слегка тронутыми сединой, и соломенной бородой лопатой. Обветренные лицо и военная выправка говорили о жизни, присущей закаленному солдату. Он смерил гостей суровым взглядом.

Страйк опомнился и ответил:

— Приветствуем. Я — Страйк. Это мои офицеры. Благодарим вас за то, что вы приняли нас.

Реллстон фыркнул:

— Вы ведь Росомахи?

Это был не столько вопрос, сколько утверждение.

Вряд ли имело смысл отрицать истинность его слов…

— Да.

— Я слышал, вы стали причиной беспокойств в разных местах.

— Мы не стремимся к этому, а если и были какие-то стычки, то только с Уни. — Это не вполне соответствовало действительности, однако в данной ситуации не стоило слишком держаться за правду.

— Может, и так, — скептически скривился Реллстон. — Позвольте предостеречь вас: беспокойство и смута здесь не поощряются. Мы стремимся жить мирно и уважать соседей, но когда наступает вечер, мы хотим только, чтобы нас оставили в покое. По отношению ко всякому, кто нарушает спокойное течение нашей жизни, в особенности если таковой принадлежит к другой… э-э… расе, принимаются соответствующие меры. Страйк был рад, что с ними нет Хаскера. Одни боги знают, как бы отреагировал тот на помпезный тон главнокомандующего…

— Мы пришли без камня за пазухой, — заверил он. Но, вспомнив о звезде, решил, что это по меньшей мере наполовину ложь.

— Чего вы от нас хотите?

— Ничего, что причинит вам какой-то вред.

— А если поточнее?

— Все, что нам надо, это иметь возможность отдохнуть в безопасном месте. Мы даже не будем просить пищу или воду.

— Мы не занимаемся благотворительностью.

— Не забывайте, мы сражаемся за то же дело, что и вы.

— Это спорный вопрос.

Страйк не заглотил крючок. В той или иной степени, но главнокомандующий прав.