Шрифт:
– Ну, это уж анекдот какой-то, – молвил мистер Дедал. – Вагон спальный и вагон-ресторан.
– Печальные перспективы для Корни, – добавил мистер Пауэр.
– Почему же? – возразил мистер Блум, оборачиваясь к мистеру Дедалу. – Разве не будет это приличней, чем трястись вот так парами, нос к носу?
– Ну ладно, может, тут и есть что-то, – снизошел мистер Дедал.
– И к тому же, – сказал Мартин Каннингем, – мы бы избавились от сцен вроде той, когда катафалк перевернулся у Данфи и опрокинул гроб на дорогу.
– Совершенно ужасный случай! – сказало потрясенное лицо мистера Пауэра.
– И труп вывалился на мостовую. Ужасно!
– Первым на повороте у Данфи, – одобрительно кивнул мистер Дедал. – На кубок Гордона Беннета.
– Господи помилуй! – произнес набожно Мартин Каннингем.
Трах! На попа! Гроб грохается об мостовую. Крышка долой. Падди Дигнам вылетает и катится в пыли как колода в коричневом костюме, который ему велик. Красное лицо – сейчас серое. Рот разинут. Спрашивает, чего такое творится. Правильно закрывают им. Жуткое зрелище с открытым. И внутренности быстрей разлагаются. Самое лучшее закрыть все отверстия. Ага, и там. Воском. Сфинктер расслабляется. Все заткнуть.
– Данфи, – объявил мистер Пауэр, когда карета повернула направо.
Перекресток Данфи. Стоят траурные кареты: залить горе. Придорожный привал. Для трактира идеальное место. Наверняка заглянем на обратном пути пропустить за его здоровье. Чаша утешения. Эликсир жизни.
А допустим правда случилось бы. Пошла бы у него кровь скажем если бы напоролся на гвоздь? И да и нет, я так думаю. Смотря где. Кровообращение останавливается. Но из артерии еще сколько-нибудь может вытечь. Было бы лучше хоронить в красном. В темно-красном.
Они ехали молча по Фибсборо-роуд. Навстречу с кладбища пустой катафалк: с облегченным видом.
Мост Кроссганс: королевский канал.
Вода с ревом устремлялась сквозь шлюзы. Человек стоял на опускающейся барже между штабелями сухого торфа. У створа, на буксирной тропе, лошадь на длинной привязи. Плавание на «Бугабу» [393] .
Глаза их смотрели на него. По медленным тинистым каналам и рекам проплыл он в своем дощанике через всю Ирландию к побережью на буксирном канате мимо зарослей камыша, над илом, увязшими бутылками, трупами дохлых псов. Атлон, Моллингар, Мойвэлли, я бы мог Милли навестить пешим ходом, шагай себе вдоль канала. Или на велосипеде. Взять старенький напрокат, никакого риска. У Рена был как-то на торгах, только дамский. Улучшать водные пути. У Джеймса Макканна [394] хобби катать меня на пароме. Дешевый транспорт. Малыми расстояниями. Плавучие палатки. Туризм. И катафалки можно. Водой на небо. А что, поехать вот так, без предупреждения. Сюрприз.
393
Плавание на «Бугабу» – сатирическая баллада Дж.П.Руни о плавании на барже с торфом.
394
Джеймс Макканм (ум. 12 февраля 1904 г.) – глава совета директоров Компании Большого канала.
Лейкслип, Клонзилла. Спустился, шлюз за шлюзом, до Дублина. С торфом из внутренних болот. Привет. Он снял соломенную порыжелую шляпу, приветствуя Падди Дигнама.
Проехали дом Брайена Бороиме [395] . Близко уже.
– Интересно, как там наш друг Фогарти [396] , – сказал мистер Пауэр.
– Спросите у Тома Кернана, – отозвался мистер Дедал.
– Как так? – спросил Мартин Каннингем. – Я думал, он ему сделал ручкой.
395
Дом Бороиме – название трактира, в честь Брайена Бороиме (или чаще Борью) (926-1014), короля Манстера (с 978) и Ирландии (с 1002), знаменитого воителя, одержавшего важную победу над норманнами в битве при Клонтарфе (1014). Как писал Джойс, «Кровопролитная победа Брайена Борью над ордами северян положила конец скандинавским набегам» (1907); в «Улиссе» он упоминается многократно.
396
Фогарти – персонаж рассказа «Милость божия», приятель Тома Кернана.
– Хоть скрылся из глаз, но для памяти дорог [397] , – промолвил мистер Дедал.
Карета повернула налево по Финглас-роуд.
Направо камнерезные мастерские. Финишная прямая. На полоске земли столпились безмолвные фигуры, белые, скорбные, простирая безгневно руки, в горе пав на колени, с указующим жестом. Тесаные куски фигур. В белом безмолвии – взывают. Обширный выбор. Том.Х.Деннани, скульптор и изготовитель надгробий.
Проехали.
Перед домом Джимми Гири, могильщика, сидел на обочине старый бродяга и ворча вытряхивал сор и камешки из здоровенного пропыленного башмака с зияющей пастью. После жизненного странствия.
397
Хоть и скрылся из глаз, но для памяти дорог – из песни «Для памяти дорог» (1840) на слова Дж.Линли.
Потянулись угрюмые сады один за другим – угрюмые дома.
Мистер Пауэр показал рукой.
– Вон там был убит Чайлдс [398] , – сказал он. – В крайнем доме.
– Там, – подтвердил мистер Дедал. – Жуткая история. Братоубийство. Так считали, по крайней мере. А Сеймур Буш его вытянул.
– Улик не было, – сказал мистер Пауэр.
– Одни косвенные, – сказал Мартин Каннингем. – Таков принцип правосудия. Пусть лучше девяносто девять виновных ускользнут, чем один невиновный будет приговорен [399] .
398
Там был убит Чайлдс. – Убийство Томаса Чайлдса, старика 76 лет, произошло 2 сентября 1898 г. В убийстве был обвинен брат убитого, однако Сеймур Буш, его адвокат, добился на суде его оправдания.
399
Пусть лучше девяносто девять… – парафраза положения англ. правоведа Уильяма Блэкстоуна (1723-1780): «Пусть лучше десять виновных ускользнут, чем один невиновный пострадает»; также реминисценция Лк 15, 7.
Они смотрели. Земля убийцы. Зловеще проплыла мимо. Закрыты ставни, никто не живет, запущенный сад [400] . Все пошло прахом. Невиновный приговорен.
Убийство. Лицо убийцы в зрачках убитого. Про такое любят читать. В саду найдена голова мужчины. Одежда ее состояла из. Как она встретила смертный час. Знаки недавнего насилия. Орудием послужило. Убийца еще на свободе. Улики. Шнурок от ботинок. Тело решено эксгумировать. Убийство всегда откроется.
Теснота тут в карете. А вдруг ей не понравится если я нежданно-негаданно. С женщинами надо поосторожней. Один раз застанешь со спущенными панталонами, всю жизнь не простит. Пятнадцать.
400
Запущенный сад – «Гамлет», I, 2.