«Я горжусь тобой, Антея. Ты одна из немногих моих знакомых, которые не знают слова „сдаюсь“».

Про моего брата она написала лишь то, что он служит где-то у дворфов. Интересно, как он там устроился?

Мне вдруг захотелось увидеться с ним, услышать его голос и смех, такой заразительный и веселый. Он редко смеялся и преимущественно надо мной. Среди всей этой гомонящей толпы, которая сейчас плавно стекала вниз, я вдруг вспомнила о единственном любящем меня человеке. Мгновение назад я так переживала из-за состава команды, с которой мне предстояло учиться побеждать и проигрывать, а сейчас вся эта суматоха как-то отошла на второй план. Я скучала. Скучала по человеку моей крови.

— Антея! Антея! Тьма, ты что, уснула? — Джеймс тряхнул меня за плечо. — Идем! Все уже вышли! Нам нужно найти свой кластер.

Мы спустились вниз и прошли в коридор, где по периметру холла, огибающего зал, были расставлены небольшие боксы с номерами групп. Прямо перед нами стояла кабинка с номером десять.

— Нам туда, — махнула я рукой вправо.

В холле толпились люди — родственники, сотрудники, преподаватели, ищущие свои боксы студенты. Пришлось поработать локтями.

— Сюда, — крикнула я Джеймсу, оборачиваясь, но его уже не было рядом — толпа оттеснила нас друг от друга.

Я собралась с духом, глубоко вздохнула и ринулась к боксу с синим номером тридцать три. Около него плотность тел просто зашкаливала: у двери крутились репортеры с микрофонами, оператор с осветительными приборами орал то на одного, то на другого, когда те особо рьяно пихались. И все они были орками.

— Прошу прощения, я могу пройти? — верещала я, пытаясь протиснуться вперед между мощными представителями новостного бизнеса. — Да пустите меня, наконец!

— Аззерхат машрек! — рявкнул на меня один из корреспондентов, потрясая микрофоном. — Куда?!

— В свой кластер, придурок, — Джеймс крепко схватил меня за руку. — Расступитесь! Расступитесь!

Он потянул меня вперед, расчищая дорогу твердой рукой и крепким словом.

Когда мы, наконец, вошли в бокс, и Джеймс, закрыв дверь, оставил шум, гам и толчею снаружи, меня посетило странное чувство нереальности происходящего. Будто всё это — сон или болезненный бред, или что-то ещё. Нерешительно взглянула я на Джеймса, он ободряюще улыбнулся в ответ и вытянул вперед руку, указывая на край скамьи.

— Присаживайся.

Поправив одежду и пригладив волосы, я осмотрелась: бокс оказался совсем небольшим, семи членам команды здесь было тесновато. По бокам маленького столика располагались две скамейки, на которых сидели мои новоиспеченные соратники.

— Привет, — произнес Джеймс, присаживаясь и забирая листок, лежавший на столе. — Познакомимся?

Все согласно закивали.

— Линда Вей, — провозгласил он и поднял голову.

Хрупкая, почти прозрачная девушка подняла тонкую ручку и слабо пропищала.

— Это я. Атака.

— Хм, очень приятно. Коро Сафар.

— Я, — отозвался сидевший сбоку от Джеймса гоблин. — Атака.

— Дааальше. Антея Тейер.

— Я, — я встала со скамейки и поклонилась. — Хилер.

— Так. Азар Эзрех Хагон.

Орк вскинул руку.

— Защита.

— Да уж, защита у тебя просто непробиваемая, — не смогла промолчать я. — Твоя свита не пустила меня к боксу.

— Антея, — осадил меня Джеймс. — Сейчас не время.

— Какой у нас агрессивный хилер, — усмехнулся Коро, дергая себя за ухо. — А с виду такая милая.

Приятно, когда гоблин считает тебя милой. Я закатила глаза.

— Далее. Самизар Гефо.

Руку поднял негур, довольно крупный для своей расы.

— Атака.

Хотя бы одного мага не сдует ветром с арены.

— Коэн Сельмарал.

Я внимательно посмотрела на эльфа. Это был тот самый парень, с которым мы познакомились у озера во время поздней пробежки.

— Хилер, — отозвался эльф, звеня кольцами, на которые он, по случаю праздника, нацепил какие-то колокольчики.

Вот так да. Мой напарник.

— Ну и я, — Джеймс поднялся. — Джеймс Симонс. Защитник. Всем привет.

— Привет!

— Привет.

— День добрый!

— Поздравляем!

— Всем привет!

— Привет!

— Ну, так вот, предлагаю встретиться в неформальной обстановке и пообщаться как следует, — предложил Джеймс, взяв на себя роль руководителя кластера. — Сегодняшний вечер, я думаю, у всех занят, поэтому предлагаю увидеться завтра, в «Маразматике», в восемь. Устроит?

Устроило всех, хотя гоблин канючил, что ему далеко идти до общаги.