— Вчера… — Дебби мялась, глядя на свои руки. — Правда, что местный монах погиб вчера в автокатастрофе?

Взгляд брата Себастиана помрачнел.

— Я недавно приехал с опознания. Мы молились за упокой его души. Я так жалею, что он получил разрешение.

— Разрешение?

— Видите ли, мы бенедиктинцы. Мы посвящаем себя молитвам и работе и дали обет жить здесь до конца дней своих. Но это не значит, что мы разорвали все связи с внешним миром. У некоторых из нас даже есть водительские права. При наличии особого разрешения мы можем иногда покидать монастырь — например, чтобы съездить к врачу. Или — вчера, например, — брат Ричард получил разрешение на поездку в Альбукерке, где живет его друг, часто нас навещавший, чтобы отвезти его в оперу. Опера на религиозную тематику, мы решили, что это принесет определенную духовную пользу.

— Она не была особо духовной, эта опера, — заметила Дебби.

Она описала суть сюжета и перешла к главному:

— Вчера вечером, в оперном театре, мы познакомились с человеком по имени Ричард, который сказал, что является монахом этого монастыря. С ним был его пожилой друг Александр, которого Ричард якобы привез из Альбукерке.

— Да, друга брата Ричарда звали Александром.

— Они сидели за нашим столиком во время ужина перед оперой, — продолжала Дебби. — Потом оказалось, что их места в зрительном зале — в том же ряду, в двух шагах от наших. Потом мы решили уехать пораньше и столкнулись с ними на парковке. Их машина стояла рядом с нашей. Все это очень странно.

— А самая главная странность, — подхватил Фрэнк, — что полиция штата утверждает, будто брат Ричард и его друг Александр погибли без двадцати минут семь южнее оперы. Так как мы могли встретить их в театре и потом увидеть, что они едут на север?

Внутреннее смирение брата Себастиана сменилось тревогой:

— Может, вы что-то перепутали?

— Я уверен, что один из них сказал, что живет в этом монастыре, — ответил Фрэнк.

— Тогда возможно, в газете неверно указали место и время аварии? Она случилась после спектакля?

— Нет, — сказал Фрэнк. — Я звонил в полицию. Они подтвердили информацию: катастрофа произошла в шесть сорок.

— Тогда вы не могли встретить в опере брата Ричарда и его друга.

— Нам тоже так кажется, — согласилась Дебби. — Но это сводит нас с ума. Если у вас есть фотография брата Ричарда, вы не могли бы показать нам ее, чтобы мы успокоились и перестали думать об этом?

Брат Себастиан внимательно посмотрел на них.

— Суеверие не то же, что вера.

— Поверьте мне, мы не суеверны, — сказал Фрэнк.

Брат Себастиан долго раздумывал, буравя их глазами.

— Подождите здесь, пожалуйста.

Через пять минут он вернулся. Ветер усилился, он трепал коричневую рясу монаха и поднимал в воздух клубы красной пыли.

— Прошлым летом сюда приезжал журналист из Санта-Фе, делал репортаж о нас. Мы не были против, учитывая, что это могло побудить людей, которые ищут мира и покоя, посетить нашу обитель.

Брат Себастиан развернул газету и показал Фрэнку и Дебби цветную фотографию человека в рясе, стоящего у церкви.

Фрэнк и Дэбби подошли поближе. Фотография успела выцвести, но ошибки быть не могло.

— Да, — сказал Фрэнк. — Это его мы видели вчера в опере.

У него по спине пробежал холодок.

— Нет, — ответил брат Себастиан. — Если только полиция не ошибается насчет места и времени аварии, то, о чем вы говорите, произойти не могло. Суеверие не то же, что вера.

— Меня не волнует его приверженность логике, — сказал Фрэнк по дороге из монастыря. — С нами что-то произошло. Помнишь, какая буря началась вчера, когда мы уже были дома?

— Да. Хорошо, что она не застала нас в пути.

— Именно! Буря бушевала до полуночи. Весь дом трясся. Если бы мы не уехали из оперы вовремя, то обязательно попали бы под нее. В газете писали: из-за нее было много аварий.

— Это ты к чему? — спросила Дебби.

— Если бы меня сейчас слышал брат Себастиан, он бы сказал, что я точно суеверен. Тебе не кажется…

— Просто скажи, что думаешь.

Фрэнк с трудом заставил себя продолжать:

— Александр и брат Ричард подали нам идею уехать пораньше. Мы ей последовали. Как бы дико это ни звучало, просиди мы в опере до конца, по дороге домой попали бы в бурю. И могли бы погибнуть.

— Ты хочешь сказать, что они спасли нам жизнь? Два призрака?

— В твоих устах это звучит не так убедительно.

— Невозможно знать наперед, что случилось бы с нами, если бы мы ехали домой позже, — настаивала Дебби.

— Правильно. Что же касается призраков…

Джип добрался наконец до асфальтированной дороги. Весь путь до Санта-Фе Фрэнк молчал.

Через год он снова встретил Александра и брата Ричарда.

Это произошло в конце августа. Утром в пятницу они с Дебби решили съездить в центр Санта-Фе, на рынок, купить овощей. И вот когда они, нагруженные пакетами, уже шли к машине, ожидавшей их в переулке, Фрэнк вдруг заметил невысокого хилого старичка, с седыми волосами и седой бородкой, а рядом с ним — крупного, крепкого парня с темными волосами и квадратной челюстью. Для утренней рыночной суеты они были неподходяще одеты: темные костюмы и белые рубашки. И глаза у них были очень ясными.