Саба же неотрывно смотрела в глаза своего Дома.

Андреа почувствовала трепет в теле. Мужчина полностью контролировал разыгрываемую

сцену, себя и своего сабмиссива. Ей самой захотелось оказаться на месте этой сабы, быть той, кто отдаст контроль над собой, своим телом, довериться кому-нибудь настолько, чтобы с ней

сделали то же самое.

– Нравится сцена?

Андреа вздрогнула и пролила колу себе на руку. Встряхнув пальцами, девушка сделала шаг

назад от Дома, который уже некоторое время пялился на нее.

– А, привет. Что ты спросил?

– Нравится, когда тебя шлепают?

Шлепают. Держат в подчинении. Большая рука ударяет по ее обнаженным ягодицам.

Пьянящее предвкушение пробежало по ее телу, однако она насторожилась.

За прошедший месяц ни одна сцена, которую проводили с ней Домы, не увенчалась успехом.

Пожалуйста, пусть с этим парнем повезет.

Дом был на несколько лет моложе нее, возможно, ему было лет двадцать с небольшим.

Одетый в кожаные штаны и черную футболку, он выглядел уверенным в себе, но она не

чувствовала от него той авторитетности, которую требовала ее внутренняя природа сабмиссива.

Кто знает, может она ждет слишком многого от первой встречи с незнакомцем?

– Ну...
– Андреа уклонилась от прямого ответа.

Если она скажет “да”, и он попытается приказывать ей, не будучи в состоянии справиться с

этим, то все закончится жгучей болью и ее открытым неповиновением. Андреа прекрасно знала, в какой неловкой ситуации могла оказаться.

– Давай немного поболтаем.

Вдруг Дом сжал ее предплечье, за это девушка ударила его по руке, сбрасывая ту с себя, и

отшатнулась при виде его раздраженного выражения лица.

– Прости, - сказала она, - в детстве слишком много занималась каратэ.

Почему она никак не могла избавиться от выработанных на тренировках реакций? Андреа

хотела подчиняться, хотела, чтобы кто-то просто взял над ней верх.

Мысль была возбуждающей, но подобное место - переполненное парнями, жаждущими

сексуальных утех - воскресило в памяти слишком много воспоминаний, обостряя инстинкт

самосохранения.

Папочка отлично ее натренировал. “Не дай им схватить себя. Не позволяй им загнать себя в

угол. Лучшая защита - это нападение”.

– Не вопрос. При виде меня многие сабы начинают нервничать, - пробормотал парень, выпячивая грудь.

О, Dios (прим. Боже мой). А малой без ума от себя.

Проигнорировав попытку Дома удержать ее внимание на себе, она обвела глазами клуб.

Готы Тампы представляли собой весьма впечатляющее зрелище: яркий макияж и причудливо

торчащие в разные стороны волосы; пирсинг и тату украшали самые неожиданные и весьма

интимные части тела. Ох.

Чуть дальше, вокруг одной из площадок, столпились люди, наблюдая за проводимой сценой

порки.

– Мне бы хотелось уложить тебя на скамью для порки, - сказал он.
– Думаю, на ней ты

кончишь.

Андреа повернулась к нему, надеясь и желая ощутить будоражащее чувство внутри, что-

нибудь такое, что заставило бы ее захотеть сказать “да”, но ничего не произошло. Он был не для

нее.

– Спасибо, но все же нет.

Как вообще можно найти подходящего человека в подобном месте? Вежливо улыбнувшись

Дому, Андреа поспешила к выходу. Скоро должен был подъехать Антонио, и она вполне могла

встретиться с ним и на улице.

Поплотнее закутавшись в кожаную куртку, не позволяя растущей внутри нее депрессии

вырваться наружу, девушка побрела к своему минивэну, припаркованному на ближайшей

автостоянке. На пути ей попался камушек, и она пнула тот ногой, тут же ощутив жуткую боль -

дурацкие сапоги.

Это просто не справедливо. У других женщин не возникало таких сложностей при поиске

Дома.

Она видела, как некоторые Доминанты, которым она когда-то отказала, легко потом нашли

себе сабмиссивов. Может, проблема в ней самой?

Ее лица коснулся влажный мартовский воздух, неся с собой характерный запах моря с

примесью выхлопных газов, привычный для Тампы в час пик.

Расхаживая взад-вперед, она увидела, как в клуб вошли две женщины. А парочка, держась за