Шрифт:
«Неужели все едут в зоопарк?» – думал Пук.
На зоопарке все вышли. Поток людей куда-то понес его. Спросить у людей, куда их всех несет, Пук не решался. Он был один, так как длинноногую переводчицу перехватил парень в светлом костюме. Оно и к лучшему, так как ее знание английского языка не было безупречным.
Пука вместе со всеми вынесло к торговым рядам. Он догадался, что это рынок, а зоопарк должен быть сразу за ним. Так оно и оказалось. Зоопарк располагался напротив рынка, за высоким забором, выкрашенным в голубой полинялый цвет. Пук купил входной билет и вступил в царство, которое привык измерять десятками миль.
Царство животных произвело на мистера Пука удручающее впечатление, пожалуй, еще более удручающее, чем царство людей. Звери ютились в несуразно маленьких клетках, а говорить о вольерах было бы издевательством над этим словом.
В зоопарке посетителей было не очень много, но достаточно, чтобы звери сошли от их количества с ума. Сами же звери разве что не сидели друг на друге.
Пук остановился возле клетки с горным винторогим козлом. Козел стоял на большом камне, как памятник необузданной стихии.
«Надо же, – подумал Пук, невольно залюбовавшись козлом, – ничто его не сломило».
Козлу чем-то не понравился британец, он сорвался с каменной кручи и со всего маху саданул о толстые, изогнутые наружу прутья решетки. Пук оценил силу удара.
– Что, брат, тесновато? – спросил он козла по-английски.
Козел молча взобрался на свои «горные» тропы и застыл в раздумьях о жизни.
А вон и клетка со львами. Пустая. Как она там размещалась, царская чета? Лев, говорят, старый и жутких размеров. Куда же подался этот «абу-Фатьмэ» с подругой? Отсюда убежишь!
Тут из-за угла показалась очень крупная дама в сером просторном халате с ведрами в руках. Она вывернула из-за угла, как троллейбус. Пук увидел ее и подумал: «А вот и Фатьмэ». Гарри стоял и смотрел, как дама грациозно и неумолимо, словно судьба, надвигается на него. Подойдя к британцу ближе, дама и вовсе обернулась красавицей-девушкой.
– Ослеп, что ли? – спросила красавица достаточно приятным голосом, но мистер Пук не понял смысла вопроса.
– И оглох, – вздохнула девушка, передвинула Пука в сторону и открыла калитку к горному винторогому козлу.
– Чего буянишь, козел? – с этими словами она зашла, закрыла за собой калитку и стала наводить порядок в козлином жилище.
Пук с любопытством слушал, как работница третирует козла. Козел соскочил с камня и, нагнув голову, кинулся на обидчицу. Пук инстинктивно дернул за калитку, чтобы спасти даму, но калитка была закрыта изнутри. Пук с замиранием сердца смотрел на летящего дуролома. Девушка распрямилась, невозмутимо бросила: «Куда прешь, козел?» – и так саданула его кулаком по лбу, что тот встал как вкопанный.
– Коз-зел! – сказала дама, добавила ему по шее и легонько пнула ногой под зад.
Козел подался в «горы».
– Смотри, оставлю без жратвы! – пригрозила она ему вслед.
– Ме-е-е, – жалобно отозвался козел.
– То-то же! – сказала работница и перешла в клетку к бурому медведю. Там она обнялась с медведем, и с минуту они стояли, обнявшись и чуть-чуть покачиваясь.
«Точно Фатьмэ, – решил Пук. – Ей что козел, что медведь. Надо же, еще и симпатичная! Где я видел ее?»
– Вы, гражданин, забыли тут чего или что?
Пук с любопытством смотрел на девушку ростом с него, но шире в кости, хотя и легкую в ходьбе и даже грациозную. Ей было лет двадцать, не больше. А сколько уверенности в себе – словно ей все пятьдесят!
– Помогите-ка мне, – попросила она, поправляя бетонный блок, сдвинутый углом на дорожку.
Пук не успел помочь. Красавица справилась сама.
– Спасибо, – сказала она и пошла прочь. Фигура у нее была не безобразная, а, напротив, располагавшая к себе всем, что в ней было. Как с Олимпа сошла, просто богиня!
– Девушка! Мисс! – крикнул ей вслед Пук. – Ван момент!
– Вы мне? – обернулась та. – Вы иностранец?
Пук подошел к ней и достаточно вразумительно попросил ее рассказать о львах и месте их возможного пребывания.
– Я вижу, вы с ними на… на шот фут… – Он подыскивал слово.
– На короткой ноге?
– О, вы знаете английский?
– Я же училась в школе. А вы откуда знаете русский?
– Ай эм полиглот, – скромно признался Гарри.
– Вы очень хорошо говорите, почти без акцента.