Собравшиеся вокруг каменного стола неподалеку от своих тряпичных палаток гихлы — шахтеры с предвкушением облизывались, загодя вооружившись большими ложками. Еда как всегда была подана к столу с похвальной точностью и, завидев мерцание, десяток двадцатиуровневых гихлов радостно заулыбался. А вот и обед…

Но карлики никак не могли ожидать, что помимо еды они узрят плотно сбитого гнома, ногами стоящего в двух суповых мисках и с большой наковальней высоко поднятой над его головой.

— Приятного аппетита! — не забыл о вежливости незнакомец, роняя наковальню на первого попавшегося карлика.

Схлопотавший наковальней по макушке карлик помер в мгновение ока. А неизвестный гном выхватил здоровенную дубину и с молодецким криком широко ею взмахнул, одновременно пиная кастрюлю, чье крайне горячее содержимое выплеснулось сразу на четверых карликов, дико взвывших от столь пламенного приветствия. А горняцкие кирки в двадцати шагах поодаль, из оружия только ложки и пара тупых столовых ножей…

Нельзя сказать, что послеобеденное возвращение гнома вызвало на сторожевом посту ажиотаж. Суровые стражи издалека увидели подходящего Кроу, но их лица отнюдь не расцвели радостными улыбками. Но и настороженность не проявилась, потому как дальновидный игрок не забыл снять с себя тряпки гихлов, чтобы его случайно не приняли за злобного карлика, пристрелив на месте.

Только перейдя невидимую границу, и попав на охраняемую территорию поста, Кроу вздохнул с облегчением и радостью. Удалось. Пусть хорошо продуманная, но все же довольно авантюрная вылазка удалась и с успехом завершилась. Все награбленные трофеи удалось доставить в свою «норку», в карманах бренчали медные монетки, в руках наковальня — в общем, сейчас Кроу чувствовал себя как Карлсон, что живет на крыше и у которого карманы набиты пятиэровыми монетками, а на полках в доме тысяча паровых машин. Не хватало только банки с вареньем.

Кстати говоря, наковальня таки вызвала интерес стражей. Ответив на приветствие игрока, один из воинов не замедлил зайти внутрь башни, где обретался десятник. Вскоре тот сам вышел наружу и кивнув гному, проводил его внимательным и задумчивым взглядом. Зрелище на самом деле удивительное. Не каждый день ушедший «погулять» единственный местный жилец возвращается с полей, неся с собой самую настоящую наковальню.

Оказавшись дома, гном опустил драгоценный груз у шалаша, осмотревшись, убедился, что за время его отсутствия ничего не изменилось и ничего не пропало. И принялся разгружать мешок. На землю посыпался металлический град. Пластины брони, мачете, два копья, шлемы — в общем, все награбленное. Рядышком легло несколько горняцких кирок. Кроу набрал бы и больше, но его грузоподъемность не позволила жадности разгуляться слишком сильно. Рядом с металлом вскоре образовалась кучка поменьше — тряпки гихлов. Штаны, рубахи и плащи. Там же лежало несколько пар очков. В шалаш Кроу сложил прихваченные хозяйственные мелочи — свечи, суповые миски, ложки, половник, большущую кастрюлю и железное блюдо.

И наконец, закончив разбор трофеев, Кроу принялся за самое главное дело — установку наковальни. Место было выбрано заранее, в стороне от шалаша рядом с кучами камней и древесины на ровном пятачке у самой ограды. Пыхтя, гном подтащил сюда невысокий, но широкий пень с обрубленными корневищами. И уже поверх пня утвердил наковальню, после чего отошел назад и полюбовался результатом.

Зрелище было многообещающим. Наковальня, конечно, не сияла в солнечных лучах, и от нее не исходило божественное свечение, но гному хватало и самого наличия вот этого куска металла, установленного на прочной опоре. Перед Кроу стоял ЗАДЕЛ. Большой задел на будущее. Осталось лишь приложить максимум сил и упорства, чтобы в буквальном смысле выковать свой успех.

— Ты кузнец? — вопрос задал неслышно подошедший десятник Литагрий, что сменил Маврикия на его посту. Столь же широкоплечий, сильный и бывалый воин, смотрящий на мир предельно трезво и рационально.

— Добрый день, десятник Литагрий, — улыбнулся Кроу и тут же чистосердечно признался. — Я даже не подмастерье. И еще ни разу не ударял молотом по раскаленной заготовке металла.

— Жаль, — столь же скупо обронил десятник. — Кузнец бы здесь пригодился. Особенно умелый.

— И я сделаю все, чтобы им стать, — глядя в глаза десятнику, ответил гном. — Обучаться начну с сегодняшнего дня.

— Хм… что ж, посмотрим, на что ты годен. Через неделю и узнаем, — хмыкнул Литагрий и, кивнув на прощание, зашагал обратно к башне.

«Через неделю».

А если точнее — через десять дней. Спустя данный промежуток времени через сторожевой пост Серый Пик потянутся многочисленные грузовые обозы. Иногда начнут проходить и торговые караваны. И поселенческие.

Дело в том, что несколько недель назад в мир явился Великий Навигатор. И по всей Вальдире ожили спящие ранее особые гигантские верфи, где начали строиться корабли дальнего плавания, что вскоре соберутся в армады и сквозь бушующие шторма, тайфуны и прочие «радости» природы начнут прорываться к затерянному материку, некогда запечатанному самими Великими — древней и ныне исчезнувшей расой.

Главное заключалось именно в проснувшихся верфях. Кое — где верфи находились впритык к городам и в подобных местах проблем не возникало. Но чаще всего гигантские судостроительные сооружения возвышались в глухом захолустье, в каком-нибудь пустынном уголке побережья.

И само собой, рядом с подобными верфями образовались стихийные палаточные города. Там селились нанятые рабочие, корабельные мастера и охранники. Там появлялись торговые лавки, быстро строились огромные склады, сквозь леса прокладывались дороги. Многое, очень многое доставлялось при помощи магии массового переноса, но стоило это баснословно дорого, и проще было наладить бесперебойные поставки самого нужного при помощи старого доброго и крайне традиционного способа доставки — на телегах и спинах животных.