Шрифт:
Кира присоединилась к Диердре, после чего они обняли девушек, которые подбежали к ним со слезами в глазах и с благодарностью. Кира читала потрясение на их лицах, и она очень хорошо его понимала.
«Спасибо», – сказала одна девушка после того, как другая излила свои чувства.
«Я не знаю, как вас отблагодарить!»
«Вы уже отблагодарили», – ответила Диердре, и Кира увидела, каким это было для нее очищением.
«Куда вы теперь пойдете?» – спросила Кира, осознавая, что они все еще находятся посреди неизвестного леса. – «Здесь для вас небезопасно».
Девушки переглянулись между собой, очевидно, поставленные в тупик.
«Наши дома далеко отсюда», – сказала одна из них.
«И если мы вернемся, наши семьи могут отослать нас обратно».
Диердре сделала шаг вперед.
«Вы пойдете со мной», – гордо, решительно заявила она. – «Я собираюсь в город Ур. Там вы найдете безопасное убежище. Моя семья даст вам приют. Я дам вам приют».
Пока Диердре произносила эти слова, Кира видела, что в ее подруге начинает расцветать новая жизнь – жизнь цели и бесстрашия – словно прежняя Диердре нашла причину для того, чтобы жить. Девушки тоже оживились при этой мысли.
«Что ж, очень хорошо», – сказала Кира. – «Мы отправимся вместе. Сила в количестве. В путь!»
Она подошла к мертвому солдату и схватила его меч, передав его одной из девушек, и остальные девушки сделали то же самое, собирая оружие на поле боя.
Кира разрубила веревки, связывающие лошадей с повозками и оседлала одну из них, радуясь новой возможности отправиться в путь верхом. Остальные девушки бросились вперед, тоже седлая лошадей. Их было так много, что пришлось седлать коня по две, по три, и каким-то образом им всем удалось оказаться верхом. Они были вооружены и готовы отправляться в путь.
Кира пнула своего нового коня и остальные последовали ее примеру, пустившись галопом вниз по дороге, в противоположном направлении. Теперь они, наконец, держали путь в Ур. Ветер играл в ее волосах, под ней был конь, а рядом скакали подруги. Наконец, Кира поняла, что впереди – дом, и ничто в мире теперь не сможет ее остановить.
Ее следующей остановкой станет Башня Ур.
Глава двадцать седьмая
Дункан опустил голову из-за ветра, поднимаясь по крутому склону горы Кос. Ветер бросал ему в лицо свежий снег, и он задавал себе вопрос, могут ли условия стать еще хуже. Небо, такое ясное еще несколько часов назад, стало темным и грозным, их преследовали снег и ветер. Эта гора была непредсказуемой, оправдывая свою репутацию. Они шли уже не первый час, но теперь высота резко стала круче.
Дункан, который шел рядом с Сивигом, Энвином и Артфаэлем, оглянулся через плечо на своих людей. Они все шли, опустив головы, по два человека по узкой тропе. Они поднимались на гору подобно длинной шеренге муравьев. Ветер и снег усилились настолько, что Дункан больше не видел всех своих воинов, и это вызвало у него тревогу. Он волновался за каждого из них, и часть его чувствовала, что подниматься на гору из снега и льда – безумие. Именно по этой причине пандезианцы никогда не пытались подняться и взять Кос – это было безрассудством.
Дункан поднялся через узкую полосу скал, а когда посмотрел вверх, у него засосало под ложечкой – тропа исчезла в стене льда. С этого момента начиналось восхождение – прямо наверх. Дункану и его людям придется начать взбираться по льду. А они еще даже не прошли половину горы.
«Неужели мы сможем подняться?» – спросил Энвин со страхом в голосе.
Дункан прищурился на солнце, когда ему показалось, что он заметил движение. Послышался громкий треск и вдруг от льда начала отделяться огромная сосулька около двадцати метров в длину. Его сердце ушло в пятки, когда она начала падать на них словно молния с неба.
«С ДОРОГИ!» – закричал Дункан.
Он оттолкнул своих людей с пути, после чего прыгнул сам, скатившись на несколько футов вниз с горы, когда позади них раздался громкий треск. Оглянувшись назад, Дункан увидел, что сосулька, как огромный меч, ударилась об землю и разлетелась на куски. Повсюду полетели осколки, и он накрыл голову руками, защищая ее, но вместо этого они сильно поцарапали ему руки.
Затем сосулька упала со скалы прямо на его людей и, оглянувшись через плечо, Дункан с ужасом наблюдал за тем, как солдаты начали прыгать влево и вправо, чтобы избежать столкновения с ней. Несколько солдат соскользнули с обрыва навстречу смерти, в то время как сосулька пронзила одного солдата, и воздух наполнился криками, когда она раздавила его.
Дункан лежал на земле и дрожал. Он оглянулся на Сивига, который ответил ему взглядом страха.
Дункан обернулся и снова посмотрел на скалу, где заметил сотни сосулек, каждая из которых ненадежно висела на краю, с устремленными на них кончиками. Наконец, он начал понимать, каким коварным было это восхождение.
«Нет смысла ждать здесь», – сказал Сивиг. – «Или мы поднимемся сейчас, или дождемся, когда упадут еще несколько сосулек».
Дункан знал, что его друг прав, и поднялся на ноги. Он повернулся и пошел вниз по горе, рассматривая погибших и раненых. Дункан опустился на колени рядом с солдатом, который был практически его ровесником, протянул руку и с болью в сердце закрыл ему веки.