Игнатий молчит.

Зоя . Что я должна делать?

Игнатий . Не знаю.

Зоя . Может, мне уехать?

Игнатий . Ни в коем случае! Воспоминания будут так настойчивы! Я тут же пойду к ней.

Зоя . Ну так и иди к ней. Кто тебя держит?

Игнатий . А ты? А Никита? Я без вас не могу. Здесь моя корневая система. Я больше нигде не приживусь.

Зоя . Тогда оставайся с нами. Тебя никто не гонит.

Игнатий . А она? У нее нет ни отца, ни матери, ее выгнали из училища. Как она будет жить? На что она будет жить? Без денег, без профессии. Одна, в большом городе…

Зоя . Таких много по стране. Ты же не станция спасения.

Игнатий . Я не имею права не думать об этом, иначе получится законченный рисунок подлеца.

Зоя . Ты что, ее соблазнил?

Игнатий . Нет. Это не моя инициатива. Я, можно сказать, сопротивлялся изо всех сил.

Зоя . Тогда в чем твоя подлость?

Игнатий ( после молчания ). Я ее люблю.

Зоя поднимается, выходит из комнаты. Возвращается с чемоданом. Раскрывает его. Начинает собирать вещи. Игнатий наблюдает молча.

Зоя . Тебе теплое белье положить? В твоем возрасте уже пора носить кальсоны.

Игнатий молчит. Зоя заканчивает сборы. Закрывает чемодан. Вручает Игнатию.

Игнатий ( потрясенно ). Спасибо, Зоя… Зоя . Ну о чем ты говоришь… Мы же друзья.

Игнатий берет чемодан. Уходит. Тут же возвращается.

Игнатий . А ты? Ты отдала мне двадцать лет жизни, у тебя не было других интересов, кроме меня и Никиты. Я так не могу.

Зоя . Оставайся с нами.

Игнатий . А она?

Зоя . Ну хорошо, пусть у тебя будут две. Она и я. Как ее зовут?

Игнатий . Лариска.

Зоя . Пусть у тебя будут я и Лариска.

Игнатий ( растерянно ). Это как?

Звонит телефон.

Зоя . Это она. Возьми трубку и пригласи ее к нам на Новый год.

Игнатий . У меня такое впечатление, что ты надо мной издеваешься.

Зоя . Почему? Пусть придет к нам в гости. Потанцует, поест, в конце концов. Что она сидит одна, как заяц? Войди в ее положение.

Звонит телефон.

Зоя . Сними трубку.

Игнатий . Позови ты.

Зоя . Я с ней не знакома. Вот ты нас представишь друг другу, и уж потом я буду ее приглашать…

Игнатий . Да?… ( Раздумывает. )

Поднял трубку и тут же положил ее на место.

Игнатий . Не могу. По-моему, в этом есть что-то ненормальное. Зоя . Ну посуди: ты же все равно от Лариски не откажешься, и тебе все время придется врать – то у тебя концерты, то у тебя прослушивания, будешь крутиться как уж на сковородке, все нервы себе разболтаешь. У тебя два пути развития: врать или не врать. Я предлагаю – не врать. В Дании все так давно живут и не делают из этого трагедии.

Телефон звонит. Игнатий подходит к аппарату. Стоит в нерешительности. Дом Лариски. Лариска сидит посреди комнаты на стуле и не отрываясь смотрит на телефон. Из-за стен, сверху и снизу доносятся музыка и топот. Люди празднуют Новый год. Лариска подходит к столу, пишет на листке бумаги желание. Потом жует эту бумагу. Жует довольно долго, и чувствуется, что ей противно. Звонит телефон. Лариска схватывает трубку.

Лариска . Да! ( Разочарованно. ) А… Кира… Спасибо… Не могу долго говорить. Жду звонка. Потом…

Лариска бросает трубку и начинает ходить по комнате из угла в угол. Считает: двенадцать тысяч восемьсот сорок девять, двенадцать тысяч восемьсот пятьдесят. Звонок. Лариска схватывает трубку.

Голос Игнатия . Это я.

Лариска рыдает.

Голос Игнатия . Ну вот. Опять за старое. Ты же обещала.

Лариска . Я больше не могу. Я не умею без тебя.

Игнатий . Приходи ко мне.

Лариска ( растерянно ). Куда?

Игнатий . Ко мне домой. Дом ты знаешь. Третий подъезд. Пятый этаж. Квартира восемьсот девять. Все вопросы потом.

Короткие гудки. Лариска стоит, держа трубку в опущенной руке. Вид у нее ошарашенный. Кладет трубку. Торопливо набирает номер.

Лариска . Кира… Я тебя очень прошу – ты можешь сосредоточиться?

Кира . Сосредоточилась.

Лариска . Теперь слушай. И ты должна мне сказать не то, что я хочу от тебя слышать. А то, что ты думаешь на самом деле. Договорились?

Кира . Хорошо, скажу, что думаю.

Лариска . Поклянись.

Кира . Ну, началось…

Лариска . Мне только что позвонил Игнатий и велел, чтобы я пришла к нему домой. Это как понимать?

Кира . А чего там понимать: решил на тебе жениться.

Лариска . Почему ты так думаешь?

Кира . Ну а зачем он тебя зовет? Не с семьей же знакомить.

Лариска . Но он был у меня днем и ничего не сказал.

Кира . Днем он еще сам не знал. Днем он колебался. А сейчас решил.

Лариска . Ты думаешь?

Кира . Конечно. Поэтому он и снял тебя с училища.

Лариска . Не понимаю.

Кира . Тебя же отчислили. Ты что, не знаешь?

Лариска . Первый раз слышу.

Кира . Три дня назад. На доске висит приказ за номером сорок один дробь девяносто три.

Лариска . Это значит, до меня выгнали сорок и одного человека?

Кира . Господи, ну о чем ты думаешь… Неужели тебе Игнатий не сказал?

Лариска . Нет. Ничего не сказал.

Кира . Значит, он решил жениться и не хочет, чтобы ты оставалась в училище. Меньше разговоров…

Лариска рыдает.

Кира . Ты чего?

Лариска . Я не выдержу… Такое счастье… Теперь я не умру. Понимаешь?

Кира . Нет.

Лариска . День – это макет всей жизни. Утро – детство, день – зрелость, вечер – старость, а ночь – смерть. А мы – вдвоем, и нет смерти.

Кира . Счастливая… А как ты до него доберешься? Машины же не ходят.

Лариска . А я пешком.

Кира . От тебя до него километров сорок.

Лариска . Сорок километров до счастья…

Проход Лариски. Сквер. Посреди огромная елка в электрических лампочках. Каждая лампочка выкрашена в свой цвет. В домах огни – разноцветные, как лампочки. Пестрая музыка. Под руку, мелко шагая, идут старик со старушкой.