Джошуа вытер нос грязной простыней.

– Но Росс вернется. Он написал мне после прекращения сражений.

– На пути немало опасностей.

– У меня предчувствие, - возразил Джошуа.
– Даже уверенность. Не желаешь поспорить? Рассчитаемся при встрече. На том свете найдется чем.

Чарльз вновь пристально посмотрел на землистое морщинистое лицо, некогда столь привлекательное. У него слегка отлегло от сердца, что пожелания Джошуа не простираются дальше, но он не ослаблял бдительности. Непочтительность на смертном одре казалась ему дерзкой и неуместной.

– На днях нас навестил кузен Уильям-Альфред. Он справлялся о тебе.

Джошуа скривился.

– Я сообщил ему, сколь тяжко ты болен, - продолжил Чарльз.
– Он намекнул, что если ты не захочешь позвать преподобного мистера Оджерса, то, может, пожелаешь принять духовное утешение от одного из членов семьи.

– Имея виду себя.

– Что ж, после смерти мужа Бетти теперь он всем заправляет.

– Я не нуждаюсь ни в одном из них, - произнес Джошуа.
– Хотя, несомненно, предложено это с добрыми намерениями. Но если он полагает, что мне полегчает, если я исповедуюсь в своих грехах, неужели он подумал, что я поведаю секреты кому-то из своего рода? Нет, я лучше поговорю с Оджерсом, этим полуголодным чибисом. Но мне никто из них не нужен.

– Если передумаешь, - произнес Чарльз, - отправь с Джудом весточку.

– Скоро узнаем, - буркнул Джошуа.
– Но даже если и есть что-то во всей их суете и молитвах, стоит ли мне призывать их в этот час? Я прожил жизнь, и видит Бог, получил от нее сполна! Не стоит сейчас распускать нюни. Сам я себя не жалею и не желаю, чтобы жалел кто-нибудь другой. Неизбежное я приму. Вот и всё.

В комнате воцарилась тишина. Снаружи по стенам и черепице гулял ветер.

– Пока я отсутствовал, - сказал Чарльз, - эти Пэйнтеры устроили в доме редкостный кавардак. Почему ты не нанял кого-нибудь понадежней?

– Я слишком стар, чтобы менять ослов. Предоставь это Россу. Он быстро наведет порядок.

Чарльз недоверчиво хмыкнул. Он был невысокого мнения о способностях Росса.

– Он теперь в Нью-Йорке, - продолжил Джошуа.
– Гарнизонный франт. И уже почти оправился после ранения. Ему посчастливилось избежать осады Йорктауна. Знаешь, он теперь капитан и по-прежнему в 62-ом пехотном. Я затерял его письмо, а то бы показал тебе.

– Фрэнсис для меня большое подспорье в эти дни, - произнес Чарльз.
– Росс тоже мог бы стать им для тебя, останься он дома, вместо того, чтобы гоняться за французами и колонистами.

– Да, вот еще что, - добавил Джошуа.
– Ты случаем не видел или не получал вестей об Элизабет Чайновет?

После плотной трапезы смысл вопросов не сразу доходил до Чарльза. К тому же, когда дело касалось его брата, следовало искать в словах скрытый подвох.

– А это кто еще?
– буркнул он.

– Дочь Джонатана Чайновета. Ты знаешь её. Худенькое белокурое дитя.

– И что?
– спросил Чарльз.

– Я спрашивал, видел ли ты её. Росс постоянно ее упоминает. Он надеется, что застанет её, когда вернётся, и видится мне, это достойная партия. Ранняя женитьба его отрезвит, а ей не найти человека пристойней, хоть и не следует мне, как отцу, так говорить. Два древних славных рода. Будь я на ногах, сам бы навестил Джонатана на Рождество, чтобы уладить дело. Мы и прежде об этом говорили, но он настаивал повременить до возвращения Росса.

– Мне пора, - заявил Чарльз, со скрипом поднявшись.
– Надеюсь, что парень в любом случае здесь устроится, женится он или нет. Прежде он водил дурные знакомства, которые ему не следует возобновлять.

– Ты видишься с Чайноветами?
– Джошуа отказывался отступаться от своего даже при намеках на собственные недостатки.
– Я теперь отрезан от всего мира, а Пруди только и знает, что сплетничать о склоках в Соле.

– Да, мы видим их время от времени. Верити и Фрэнсис встречали их на празднествах в Труро этим летом, - Чарльз выглянул в окно.
– Разрази меня гром, если это не Чоук. Что ж, тебе будет с кем побеседовать, а ты говорил, что к тебе никто больше не приходит. Мне пора.

– Он только приходит проверить, как скоро прикончат меня его пилюли. Или его политика. Словно мне есть дело до того, ушел ли Фокс в подполье или охотится на цыплят-тори.

– Тебе видней.

Для человека своей комплекции Чарльз передвигался весьма проворно, успев нацепить шляпу и перчатки, и приготовился отбыть. Напоследок он неловко остановился у кровати, обдумывая, как бы поделикатнее уйти, в то время как под окном раздался цокот копыт.

– Скажи, что я не желаю его видеть, - раздраженно буркнул Джошуа.
– Скажи, пусть пичкает своими пилюлями свою глупую женушку.

– Успокойся, - произнёс Чарльз.
– Да, чуть не позабыл. Тетушка Агата шлет тебе свои приветствия и советует принимать подогретое пиво, заправленное сахаром и яйцами. Она говорит, это тебя излечит.

Раздражение Джошуа достигло предела.

– Тётушка Агата - мудрая старая дура. Скажи ей, что последую её совету. И да, передай, что приберегу ей местечко рядом со мной.

Он закашлялся.

– Да пребудет с тобой Господь, - поспешно сказал Чарльз и бочком выскользнул из комнаты.