– Такое дело надо по полной отметить! Тогда в «В отрыв!»! – вдохновленно воскликнул Денис.

– А мы еще не в отрыве? – попытался я пошутить, стараясь сообразить, во сколько же смогу оказаться дома, да и смогу ли вообще – на часах было около двенадцати.

– Еще нет, но скоро будем, – заверил меня Вадим. Обещание Вадима и вправду исполнилось довольно скоро – в заведении, действительно называвшемся «В отрыв!», я понял, что давно оторвался от поверхности и, судя по ощущениям, уже вышел в стратосферу. Что именно мы там пили, осталось для меня за кадром – было очень темно, настолько же громко, а вкусовые рецепторы атрофировались так, что я даже не смог бы отличить виски от пива. Вывалившись из «Отрыва» после четырех дринков, я вспомнил недавнюю программу на Discovery о воздействии алкоголя на организм – в моем случае налицо была глубокая степень опьянения. Судя по имеющимся симптомам, подробно описанным в программе, угнетение функции коры головного мозга и подкорковых центров зашло у меня довольно далеко, и это не считая количества погибших эритроцитов! Я уже должен был потерять способность объективной оценки ситуации, себя в этой ситуации и взаимодействия с окружающими. Это, как обещала программа, должно привести к неадекватному поведению, представляющему угрозу не только для меня самого, но и для тех самых окружающих, взаимодействие с которыми я объективно уже не воспринимал. Кроме того, у меня должны были появиться несвязность речи и нечеткость в движениях и походке. Для проверки я остановился и, закрыв глаза, попытался коснуться указательным пальцем кончика носа. Внезапно кто-то обхватил меня за плечи.

– Ну что, теперь в «Калигулу»? – закричал этот кто-то мне прямо в ухо. Я открыл глаза: кричал Вадим. – Давненько я не брал в руки шашек!

– Неделю минимум? – подмигнул ему Денис.

– А «Калигула» – это что? – решил уточнить я на всякий случай.

– Стильный блядюжник – стриптиз и так далее, – хлопнул меня по плечу Вадим. – А ты что, ни разу в «Калигуле» не был? – с искренним изумлением спросил он, а когда я отрицательно помотал головой, недоуменно хмыкнул: – И Денис ни разу не сводил? Ай-ай-ай, Денис, как не стыдно!

– Мне стриптиз не особенно интересен, – скривился я. – Не совсем понятен финал, вернее, отсутствие такового.

– А ты сам хоть раз там был? – спросил Вадим.

– Не был! А зачем?

– Ну, брателло, ты прямо как на партсобрании шестидесятых! Сам я Пастернака не читал, но заявляю, что это ярая антисоветчина! Так, что ли? – снисходительно рассмеялся Денис.

– Ну, ладно, – хмыкнул я, – раз ты так настаиваешь, давай проверим!

Думать о том, что мне нужно будет кому-то (этим кем-то была конечно же Аня) объяснять, что, зачем и как, совсем не хотелось, но предпринять некие действия было необходимо. Включив воображение, по пути в такси я настрочил жене развернутую эсэ-мэску, в которой говорилось, что мы играем в бильярд на даче у Вадима и домой я приду к четырем. Нажав на «send», я сразу почувствовал, как отлегло – формальности были соблюдены.

Перед входом в «Калигулу» в джинсах завибрировал телефон. Времени было около двух, и, понятное дело, звонок явно был не из банка с предложением выгодного процента по ипотеке. Из всех возможных вариантов существовала лишь микроскопическая, скорее даже гипотетическая вероятность того, что кто-то ошибся номером. Стараясь не смотреть на экран (а вдруг и правда ошиблись?), я глубоко выдохнул, нажал на зеленую клавишу «ответить» и медленно, с расстановкой, произнес:

– Алло!

То ли по причине угнетенной коры головного мозга, то ли от потери способности объективно оценивать ситуацию, то ли отчего-то еще я ощущал непоколебимое уверенное спокойствие, с каким, наверное, гладиаторы выходили на свой тридцать третий бой под холодно-безразличным взглядом Калигулы.

– Что «алло»? Ты совсем обалдел? – услышал я знакомый голос. Аня пребывала в состоянии истерики.

Именно в этот довольно эмоционально насыщенный момент я с невероятной ясностью понял: если сейчас я хоть на секунду дрогну, то так навсегда и останусь жить при крепостном праве.

– Ань, что ты кричишь, я же тебе эсэмэску отправил, – ответил я, стараясь дышать как можно более медленно и глубоко. – Я с Денисом, у меня все в полном порядке, домой приду не позже четырех. Волноваться не надо.

– Ты можешь вообще больше никогда домой не приходить, сволочь! – заорала жена и бросила трубку. Хотя, заметил я, ничего она не бросала, а просто нажала на соответствующую кнопку.

– Хорошо, – спокойно ответил я в пустоту, как будто отвечая на непрозвучавшую просьбу зайти по пути домой за батоном, после чего отключил на трубке и вибровызов.

В «Калигуле» у гардероба я увидел Вадима нежно лобзающимся с высоченной теткой стильного вида, напоминающей топ-модель преклонных лет. Заметив меня, он замахал рукой:

– Марго, смотри, мой старый друг, Макс. Он тут новенький.

Вырвавшись из объятий Вадима, Марго манерно протянула мне ладошку и томно произнесла:

– Привет, красавчик! Ну-у-у, добро пожаловать в рай!

Я и представить себе не мог, что ее слова следует понимать настолько буквально. Минут через пять, когда я сидел, провалившись в мягкий диван, передо мной стоял кальян, а со мной в обнимку сидела фактически неодетая или практически полностью раздетая девушка (оценка зависела от точки зрения), от которой исходил фантастический аромат духов, страсти и чего-то еще головокружительного, – формулировка, предложенная хозяйкой заведения, представлялась мне наиболее точной. Тем временем девушка, слегка касаясь губами моего уха, шепча сообщила, что ее зовут Вероника, затем пододвинулась еще ближе и обвила меня руками за шею.

– Давай-ка я это с тебя сниму, а то мешает контакту! – промурлыкала она мне снова прямо в ухо, одновременно снимая с меня очки, даже не собираясь дождаться ответа. Иначе ждать ей пришлось бы долго – говорить я почти не мог минимум по нескольким причинам: степень моего опьянения приближалась к тяжелой, в непосредственной близости (эта причина, скорее всего, была определяющей) находился объект максимального уровня сексуальной привлекательности, в горле пересохло, к тому же поведение управлялось лимбической системой, что крайне затрудняло трансформацию чувств в слова.