Эта земля ждала своих исследователей. И, судя по всему, сегодняшний доклад станет удачным завершением тридцатидневных наблюдений. Скоро они смогут покинуть цитадели, в которых были заперты все это время.

– Пора выбираться из этой норы,- усмехнулся Дилси.

– Давно пора,- кивнул Ронан, его серьезный приятель. Вот только куда?

– Как куда? Наверняка мы знаем, что люди сейчас заселяют восемнадцать цитаделей. Все набиты под завязку от ста до трехсот тысяч жителей.

– И куда ты думаешь правительство из расселит, дурак?
– хмыкнув, Ронан начал сворачивать метеорологическое оборудование. Оно, как и большинство приборов, работало на газовых смесях, в точности как в неделю Воздаяния. Электричество от в ветра использовалось лишь в экстренных случаях. Теперь на то, чтобы зарядить аккумуляторы, требовалось больше трех суток, да и то, если повезет поймать случайных поток.

С исчезновением Гранмира ветер поднялся намного выше. Но и это еще предстояло выяснить. Если ветер как источник энергии исчезнет совсем, страны скатятся в первобытную дикость. Добыча различных видов газа велась прямо под цитаделями, но увы, газ по сравнению с ветром, проигрывал по всем показателям. Необходимо найти альтернативный, не менее эффективный источник энергии. Но для этого требовалось затрачивать ту же энергию, а ее не было.

– Теперь цитадели больше не нужны, мы сможем возвести жилые модули вокруг и создать новые города.

– Да уж, боюсь от старых не осталось и следа. Соната и так пострадала в прошлую войну, а теперь наверняка там только песок.

– Зонд показал, что флора в северной части Габриэль сохранилась, и в таких условиях она быстро распространится до самого юга. Это же идеальные условия.

– Не будь таким оптимистом. Понадобятся годы, чтобы освоить весь континент.

– Интересно, у данамирцев теперь так же?

– Не думаю, что они сейчас знают о своих землях больше нас.

– Эй вы, низинные ящерицы, спускайтесь, кончай трепаться,- снизу наблюдательной площадки, находящейся в линзе на самой верхушке цитадели, раздался грубоватый голос. В проеме лестницы показалась голова Кассия. Этот массивный мужчина с волосами цвета намокшей соломы и в рабочем костюме, с которым он казалось никогда не расставался, тоже был частью экипажа Миллифьори. Но в отличие от обоих приятелей он еще был клавирцем, бывшим клавирцем конечно, как и все остальные с Миллифьори но все же клавирцем. А потому, многие в исследовательском корпусе, в который входили и Ронан с Дилси, да еще Секвенца, малость сторонились его.

– Уже идем,- собрав все инструменты во внушительных размеров чемодан, Ронан потащил все это вниз. Дилси за ним со стопкой пластин весело насвистывая.

– Ну что там новенького? Когда мы сможем позагорать на побережье?
– с порога их встретил задорный голос хозяйки лаборатории. Молодая женщина с льняного цвета волосами, заплетенными в короткую косу. В уголках губ всегда дрожала улыбка, а глаза смеялись все время. Рабочий халат наброшен на плечи прямо поверх офицерской формы. Такую же черную форму с рядами серебряных цепочек носили все постоянные члены экипажа Миллифьори, несмотря на то, что сам корабль теперь стоял на приколе в полуразобранном состоянии. Как многие другие суда его не пустили на переплавку. Но как говорила Секвенца, это дань памяти последнему и единственному капитану Миллифьори. Клеменс Таллигон посмертно награжден высшими орденами Габриэль.

– Как только убедимся, что ты не сгоришь на солнце. Сейчас календарное лето, если не забыли,- отозвался Ронан.

– Ну и как?
– начальница лаборатории протянула руку, принимая от Дилси стопку отчетов.

– Сама взгляни - Ронан пожал плечами.

– Поразительно!
– воскликнула Секвенца после недолго изучения.
– Думаю, такое уже можно подать императрице как что-то стоящее. Мне не терпится испытать в полевых условиях новую систему связи.

– И когда ты все успеваешь?
– восхитился Дилси.

– Она у нас умница,- подойдя, Кассий приобнял хрупкую девушку за плечи богатырской хваткой.

Ронн кашлянул, а Дилси присвистнул.

– О, у вас уже такие отношения, а как же границы статуса?

– Не болтай глупостей, парень,- насупился Кассий.

– Не буду, - Дилси примирительно выставил ладони. Спорить с главой техников было опасно. Но, не для кого в исследовательском корпусе уже не секрет отношения этих двоих. Вполне естественно, то клавирец тянется к клавирцу. Хотя, несмотря на настороженность, многие мужчины засматривались на задорную девушку. В отличие от ее старшей сестры - так шутить с Долиной - себе дороже. И это стало еще раз ясно, когда легкая на помине, она появилась на пороге, словно только и ждала момента.

– Давай сюда,- Долина бесцеремонно выхватила у Секвенцы стопку отчетов и прибрала оборудование у Ронана,- это не для дилетантов, напишите отчет оба, сегодня к вечеру, я передам его императрице.

– Конечно, все лавры начальству,- пробубнил под нос Дилси.

– Надеюсь я ослышалась, рядовой,- похоже для некоторых отсутствие корабля не отменяет саму службу. Долина явно считала себя офицером, которому все обязаны подчиняться. Хотя, не малую роль здесь играло и ее происхождение. Да и здесь, в цитадели, Долина устроилась вполне неплохо - секретарем ее величества Галины Тарсалиной. Причем выполняла она свои обязанности с нездоровым рвением. Кто бы мог подумать, что секст клавира слушается приказов императрицы габриэльцев.

'Но не стоит ей напоминать об этом лишний раз. Того и гляди куснет',- про себя усмехнулся Дилси. Даже в такую жару, которая царила на верхних уровнях цитадели, где система кондиционирования работала с перебоями, Долина ходила в наглухо застегнутом черном мундире и при полном параде. Откуда-то недавно добавилась еще одна серебряная цепочка, и теперь грудь, причем весьма аппетитную, не будь она так затянута, украшали ровно двадцать. Почти как у Саллюция Тиррелина.

Часть 2