Шрифт:
«Эй». — Масленка отвел мальчика от остальных. — «Тебе плохо?»
И тут же Синее Небо превратился из уверенного семнадцатилетнего парня в дрожащего от потрясения десятилетнего подростка. Он обнял Масленку и уткнулся лицом в его бок. Ему всегда было очень неловко в таких случаях. Они напоминали о том, что Синее Небо не только был слишком маленьким для своего возраста — он остался подростком. Масленка и Тинкер ушли дальше, выросли, а Синее Небо остался позади.
«Что случилось?» — Масленка тихо спросил его по-английски.
Синее Небо что-то пробормотал ему в рубашку. Масленка расслышал только «так сильно» и «ранены». Мальчик увидел огромные синяки, покрывающие тело Шелеста Листьев, свежие рваные раны, и чернила лечащих заклинаний, необходимых для спасения жизни эльфа. Что мог Масленка ответить на это? «Все хорошо» звучало слишком неадекватно, особенно когда знаешь, что Они до сих пор в городе и могут сделать то же самое с кем-нибудь еще.
«Я знаю», — наконец произнес Масленка.
Если говорить честно и откровенно, он был вне себя от горя, когда Тинкер превратили в эльфа и утащили на Аум Ренау. Он перенес это только благодаря тому, что видел насколько она любит свою новую семью, и насколько они любят ее. Он постоянно пытался смириться с произошедшим. Масленка напоминал себе, что она бы все равно когда-нибудь вышла замуж, что она хотя бы не уехала на Землю и не оказалась в целой вселенной от него, что ему не надо беспокоиться, что она останется одна в Питтсбурге, если с ним что-нибудь приключится. И сейчас в добавок ко всему он радовался, что Тинкер будет заботиться о Небе на протяжении всех лет, необходимых полу-эльфу, чтобы стать взрослым.
«Это все?» — спросила Тулу, указывая на переполненную кассу.
Уточка протиснулась между Зарослями Рогоза и Ячменным Полем и протянула шестерых цыплят. — «Кья».
Раздался хор восторженных восклицаний и каждый ребенок взял в объятия по цыпленку. Он знал, что Тулу никогда не продает живых цыплят, а все яйца часами стоят в холодильнике. Похоже, Уточка пробралась во двор и прошлась по курятникам.
«О, Уточка». — Он не мог отказать ей, даже не спросив Тулу. — «Пожалуйста, можно нам взять и цыплят?»
Старая полу-эльфийка поджала губы, но секундой позже произнесла. — «Мой маленький лесной дух, ты обречен».
ГЛАВА 13: ТУК ТУК, ОТКРОЙТЕ СУНДУК
Ветроволк нашел Тинкер в одном из дровяных сараев Маковой Лужайки. К тому моменту она уже успела полностью погрузиться в режим сумасшедшего ученого. Вчера он так и не вернулся домой. Она пыталась отвлечься от мыслей о его отсутствии, взрывая деревяшки и убеждая себя, что если с ним случится что-то ужасное, кто-нибудь обязательно сообщит ей об этом. Призрачная Стрела — если останется жив, что вряд ли. Мейнард. Настоящее Пламя. Виверны. Хлоя Полански. Кто-нибудь!
Она прошлась по всем запасам дров Маковой Лужайки и послала слуг в другие анклавы за добавкой. Когда он появился, Тинкер уже думала, что ей придется уничтожить всю железную древесину в Питтсбурге, чтобы добиться результата.
«Наконец-то!» — она прыгнула в его объятия. Он легко приподнял ее и взял на руки. От него пахло кровью, дымом и грязью. Ветроволк крепко обнял Тинкер, она поняла, что и он боялся за нее.
«Нам надо разработать какое-нибудь средство связи», — сказала она.
«Да». — Ветроволк устало рассмеялся. Он снял с нее защитные очки и поцеловал. — «Пехотинцы рассказали мне о твоем приключении как только смогли продраться сквозь ряды Они. Ты их очень впечатлила».
Она зарделась, снова чувствуя себя ребенком, пойманным за попыткой проникнуть в шкаф со взрывчаткой. — «Ты не злишься на меня?»
«Ты моя доми, любимая. Это значит, что мы будем друг с другом вечно, и что в таких ситуациях ты должна действовать от моего имени. Одно не отделимо от другого, и, по правде говоря, я не хочу что-либо менять. Я люблю тебя за твою отвагу и способность руководить».
Она видела логику в его словах. Ей жутко не хотелось отпускать его на поле боя, но это не повод, чтобы он отдал Питтсбург в руки Они. Его белая шелковая рубашка была покрыта брызгами грязи и крови. На щеке виднелся синяк. Что-то прошло сквозь щит и ранило его. Дети Клана Камня могли жить вечно, но трое из них сейчас мертвы. Она крепче обняла Ветроволка, обхватив его руками и ногами. Сейчас они вместе, все остальное не важно.
Вместе осмотрев сундук, они забрались на сеновал, словно два подростка в поиске уединения.
Конечно же, обе Руки со свойственной им сдержанностью продолжали их охранять. Тинкер еще не решила, что больше нервировало секаша — сундук, или ее взрывные эксперименты.
Однако, сумасшедший ученый не собирался отключаться ради удовольствия. Даже когда Ветроволк приподнимал носом синий леопардовый топик, ее разум указывал на несостыковки в том, что она только что рассказала.
Тинкер вздохнула и дала волю мучающим ее вопросам. — «Воробьиха знала, что Сын Земли предлагал поддержку любому, кто придет в Западные Земли?»
«Не думаю». — Ветроволк воспользовался языком и губами, чтобы успокоить сумасшедшего ученого… на несколько минут.
«Просто я постоянно думаю об этом случае с детьми — откуда Ютакаджодо узнал о них? Он послал низкородных на станцию, потому что был уверен, что там будут путешествующие в одиночку эльфы. Эльфы которых никто не хватится. Как Ютакаджодо узнал о детях, когда мы о них даже не подозревали?»