— Вот ты уро-од… — протянул я.

— Слабак, — презрительно прозвучало в ответ.

После чего дэйнатар наклонился, схватил меня за ворот рубахи и самым банальным образом потащил к выходу. За шкирку! Буквально, как и обещал!

Я сопротивлялся. Причин этому было много. Одна из которых — полное осознание того, что сейчас этот бледномордый утащит меня в свою лабораторию и будет ставить опыты, пока не сдохну. А ведь у меня уже был путь к спасению! Пусть не самый приятный, но был!

А еще дергаться, пусть и безрезультатно, заставляло бешенство. Ярость от того, что мной буквально протирают пол, придавала сил. Жаль только, что этого оказалось недостаточно, и дэйнатар продолжал волочить меня по мрамору. Причем в те разы, когда мне все-таки удавалось собрать проскальзывающие по гладкому полу ноги и упереться, мучитель просто резким движением дергал за ворот. Рывок, подсечка — и я вновь распластан по полу.

— Жлоб коронованный, — хрипя, выдавил я, когда после очередного падения пребольно ударился о мраморную плиту локтем.

Ругательство проигнорировали.

Ну хоть что-то этого терминатора, магически выведенного, может пробрать или остановить?!

Как оказалось, нет. Когда перед дэйнатаром открылись двери тронного зала, я успел посмотреть в сторону возможных спасителей, но — увы. Король лишь досадливо наблюдал за нашим перемещением, а принцесса и вовсе презрительно кривилась. Буквально по губам я прочитал брошенное ею на прощание:

— Слабак.

Да чтоб вы тут все передохли!

Линнелир проволок меня по королевской приемной мимо ухмыляющейся стражи, которая, видимо, ждала результатов переговоров. Что ж такое?! Прямо не день, а показательный урок унижения! И самое противное, что ничего противопоставить машине для убийств, волочащей меня в неизвестном направлении, не удавалось.

Зато теперь я окончательно понял, почему эльфы проиграли. Они еще, можно сказать, хорошо держались!

Внезапно перед глазами сверкнула голубоватая вспышка, и декорации сменились. Вместо просторного, ярко освещенного коридора с дорогой отделкой мы оказались в сумеречном зале, пол которого был выложен по законам шахматной доски. Но рассматривать новую достопримечательность желания не возникло. В бессильной злобе я снова попытался вырваться и принять положение, достойное разумного существа. Но, как и ранее, безуспешно. Рывок — и я, придушенный собственным воротом, опять оказался на спине.

— Да не дергайся ты, — прокомментировал дэйнатар.

— Да пошел ты… — просипел я в ответ.

— Жизнь тебя совсем ничему не учит, — хмыкнул белобрысый хмырь и продолжил протирать мною пол, видимо, в сторону выхода.

Но на этот раз его планы все-таки нарушили.

— Лин! — раздался вдруг женский вскрик. — Оставь его уже! Он мой, в конце концов!

Шер?!

Голос богини я узнал сразу, несмотря на то, что находился к ней спиной.

— Да я и не претендую, — со смешком заверил дэйнатар, после чего меня наконец-то отпустили. — Кто ж виноват, что твой жрец своими ногами идти не хотел?

— А синяки на нем откуда? — Шер подскочила ко мне и принялась с беспокойством оглядывать. — Алексис, с тобой все в порядке? Как ты себя чувствуешь?

— Да офигенно! — прохрипел я, поднимаясь с пола и озираясь по сторонам. — Живее всех живых! Ты откуда тут взялась? И что вообще происходит?

— Я попросила Лина тебя спасти! — торопливо выдохнула Ашшарисс и вновь вернулась к тщательному осмотру собственно меня: — Алекс, так откуда синяки? Тебя обижали?

Такая заботливость была приятна, хотя одновременно и изрядно выбивала из колеи. Особенно с учетом того, что она, оказывается, та самая женщина, которая так важна для принца Линнелира. Однако время для расспросов было не слишком удачное. Да и вообще, какая, к чертям, разница? Главное, я все-таки остаюсь в живых! И все это благодаря своей покровительнице. Весьма взволнованной, между прочим.

— Нет, Шер, — ответил я. — Это мелочи. Пара царапин, и только.

— Точно?

— Точно.

— Уверен?

— Да все с парнем в порядке, Шер, — не выдержал принц. — Его вообще не убить хотели, а женить. Зря панику поднима…

— Что-о?! — взвилась Ашшарисс. — Женить?! Моего Алекса?!

Вопль ее под конец перерос в какое-то инфернальное подвывание, а зрачки вытянулись вертикальными полосками.

Я сглотнул. А Линнелир озадаченно приподнял бровь и с легким удивлением взглянул на богиню.

— Только не говори, что он тебе нравится.

— Конечно, нравится! — заверила та. — Алекс — мой! Мой и только мой!

После чего собственнически подхватила меня под руку и прижалась, довольно прикрыв глаза. Ей-богу, Шер едва не мурлыкала!

Н-да, приехали… Приятно, конечно, когда ты нравишься девушкам, но конкретно вот этой… как-то я все-таки думал, что наши отношения не будут выходить на такой близкий уровень. Пусть мы раз и переспали, но… черт побери, она богиня!

— Подумаешь, — фыркнула Ашшарисс, внаглую прочитав мои мысли.