Он бросил взгляд на голый алтарь, а потом снова посмотрел на нее. В этом холоде его рука на ее спине казалась горячей.

– Совсем не глупая. Мне кажется, это великолепная идея.

– Нет, правда. Притворись, будто я ничего не сказала. В первый раз ты ведь не услышал меня.

Рука Эллиота сдвинулась и легла ей на плечо. Его внутренняя сила вместе с теплом словно перетекала в ее замерзшее тело.

– Не могу сделать вид, что не услышал тебя во второй раз, девочка.

– Беру свои слова назад. Перееду к отцу и начну возвращать подарки. У меня все тщательно зафиксировано, как я это всегда делаю. Джемма смеется надо мной за эти списки и записи, но теперь поблагодарит меня за них.

Она широко улыбнулась. Ее глаза засияли. Сердце Эллиота колотилось так громко, что ему показалось удивительным, почему он не слышит в тишине его эхо.

Ему захотелось вскочить, закричав от радости, оттащить Джулиану обратно в церковь и приказать священнику поторопиться с церемонией. Их с Джулианой семьи принадлежали к этому приходу. Они оба достигли брачного возраста, и никаких препятствий к заключению их брака не имелось. Он знал людей, которые могут незамедлительно выдать новое разрешение и с радостью сделают это.

Эллиот приехал сегодня в Эдинбург, чтобы найти ее и продолжить осуществлять начатый им план. Бесконечное ожидание в переполненной церкви стало действовать ему на нервы, поэтому захотелось уединиться в часовне. Несколько глотков виски, и его усталое тело – он почти не спал ночами – уступило сну.

Быть разбуженным Джулианой, разодетой в атлас и тюль, которая вдобавок с размаху уселась на него, ощутить аромат роз, услышать звуки ее голоса… Да, это было правильно!

– Я не собираюсь возвращаться в Индию, – сказал он. – Я купил себе дом – поместье старого Макгрегора в тридцати милях к северу от Абердина. Он мой двоюродный дед по материнской линии. Ему потребовалось немного наличности. Поэтому можешь выйти за меня и отправиться туда.

Джулиана не сводила с него глаз, слегка приоткрыв рот. Ему еще больше захотелось попробовать на вкус ее губы. Если она ответит отрицательно или скажет, что хочет немного подождать, у него на этот случай был заготовлен другой план. Может, это и сумасшествие, но он собирался быть очень и очень убедительным.

– Это ведь совсем не близко, – заметила Джулиана.

– Согласен. – Благодаря поездам, путешествовать теперь стало намного проще, и все равно север страны – место отдаленное и уединенное. Как раз такое и было нужно Эллиоту.

В голубых глазах Джулианы отразилось волнение. Под ее пристальным взглядом Эллиот почувствовал, как его снова одолевает усталость и он впадает в ступор. Захотелось уткнуться лицом в теплый атлас, вдохнуть ее запах.

– Ты уверен, Эллиот? – Голос Джулианы встряхнул его.

Конечно, он уверен. Только рядом с ней ему суждено вновь стать сильным и здоровым.

Эллиот пожал плечами, изобразив безразличие.

– Я же сказал, это великолепная идея. Всем хочется, чтобы свадьба состоялась. Ты в подвенечном платье, а я уже изнемогаю в своем пышном наряде.

Ее глаза стали огромными.

– То есть ты хочешь устроить это прямо сегодня?

– Почему бы нет? Твои гости в сборе, священник ждет.

Она поджала губы. Это короткое движение отозвалось жаром в крови.

– Будет чудовищный скандал.

– Ну и пусть. Пока они начнут судачить, мы уже будем в нашем поместье, далеко отсюда.

Джулиана поколебалась, потом улыбнулась. И в этой улыбке было что-то неистовое.

– Ладно. Как ты говоришь, почему бы и нет.

Сердце Эллиота громко забилось, от восторга перехватило горло. Нужно быстрее покончить со всем этим, забрать ее домой, остаться с ней.

Он поднял ее со скамьи, поставил на ноги. Джулиана покачнулась и потеряла бы равновесие на своих высоких каблуках, если бы не его сильные руки. Близость ее тела, нежная рука под его пальцами в шрамах – все это безумно возбуждало. Ему требовалось узаконить свое приобретение до того, как тьма вернется, и он имел в виду не ночную тьму.

Они уже подошли к двери, когда Эллиот остановил Джулиану, изо всех сил вцепившись в нее. Он ничего не мог с собой поделать, чтобы ослабить хватку.

– Побудь с моей сестрой, пока я объясню священнику, что жених будет другой. Будешь готова?

– Да. – Джулиана облизнула губы. – Буду.

– Прекрасно.

Она потянулась, взяться за ручку двери, но Эллиот снова остановил ее:

– Подожди.

Он обнял и привлек ее к себе, тонкую, как ветка дерева. И оказался так близко, что Джулиана могла во всех подробностях рассмотреть шрам у него на щеке – тонкую белесую линию, которая начиналась возле скулы и, извиваясь, уходила за линию волос. Такую рану могло нанести только узкое зазубренное лезвие.

Эллиот собирался поцеловать ее. Джулиана затаила дыхание, как в ожидании прикосновения ледышки к губам. После того поцелуя, отданного ему много лет назад, она часто мечтала о том, чтобы это повторилось еще.