Шрифт:
— Я, может, и ошибаюсь, Лень, — подал голос Мазитов после небольшой паузы. — Насчет мести и заказа — это только предположение. Существуют ведь и другие варианты…
— Например?
— Будто ты сам не знаешь, — Мазитов старался, чтобы его голос звучал как можно естественнее и непринужденнее. Кулагин опять почувствовал фальшь. — Врагов-то у тебя всегда хватало. Даже с избытком. И среди братвы, и среди ментов. Может, это менты, а? Да и, кстати, Шумский тоже все еще живет и здравствует, как я слышал. Мало ли…
Кулагин задумался. В принципе, любая из этих версий могла оказаться правдой. Докурив сигарету до самого основания, Леонид ткнул ее в пепельницу. Ему нужен был какой-то определенный план, но вот какой, Кулагин пока не знал. Не знал, с какой стороны подступиться к проблеме. Если кто-то считает, что он сдал сходку… Но кто? Горшаков? Найти Артема в любом случае было необходимо. Но как это сделать, когда по пятам идет киллер? А может быть, даже не один.
Кулагин поднял взгляд на Мазитова. Илья мог ему пригодиться. За ним-то никто не охотится. Но насколько Леонид мог ему доверять? Как разобраться, кто сейчас враг, а кто друг?
— Еще водочки? — Мазитов неверно истолковал его взгляд.
Кулагин отрицательно покачал головой.
— А я с твоего позволении выпью, — Мазитов потянулся к бутылке. — Ты из меня весь хмель вышиб… Да и в качестве анестезии не помешает. Черт! Какая собака тебя укусила? Я просто не хотел тебя расстраивать, Леонид. Не хотел, чтобы ты забивал себе голову тем, что по большому счету уже не имеет никакого значения…
— Ты так думаешь? — иронично поинтересовался Кулагин. — По-твоему, то, что кто-то хочет меня прикончить, не имеет для меня значения?
— Ну. — Мазитов наполнил свою рюмку. Затем немного подумал и наполнил рюмку Кулагина. — Пока ты здесь, конечно, имеет. Но если ты вернешься обратно в загранку, там тебя никто не достанет.
В словах Ильи было зерно истины. Но проблема заключалась в том, что Кулагин пока не собирался возвращаться.
2007 год. Коломенская Давненько тебя не было слышно!
— Полковник Началов слушает!
— Андрей… Это я.
Несмотря на то что за все эти истекшие годы Лиза ни разу не звонила брату, он сразу узнал ее голос. Узнал и осекся, некоторое время не зная, что сказать. Началов считал, что тогда, в девяносто четвертом, сестра предала его самым бессовестным образом. Мало того что она позволила уйти от возмездия Кулагину, она еще и уехала вместе с ним, не попрощавшись с Андреем.
Сказать, что Началов злился, — значит не сказать ничего. Он был просто в бешенстве. Чувства досады и гнева не оставляли его долгие годы. Но сейчас…
Сейчас, когда Лиза позвонила, Андрей не находил в себе сил злиться на сестру.
— Не думал, что когда-нибудь снова услышу тебя, — сдержанно произнес он после паузы.
— Прости…
— И это все, что ты можешь сказать?
— Я не знаю…
— Ладно, — Началов мгновенно сменил гнев на милость. — Чего уж теперь говорить? Что сделано, то сделано, а кто старое помянет, тому глаз вон. Я скучал по тебе, сестренка… Как ты? Где ты?
— Я в Германии, — слышимость была хорошая, словно Лиза звонила не из другой страны, а из соседней комнаты. — У меня все хорошо, Андрей, только…
— Что «только»? — моментально напрягся Началов.
— У меня есть к тебе просьба… Вернее, это даже не просьба… — Лиза явно не решалась произнести главного. — Я даже сама не знаю, почему позвонила тебе… Наверное, больше некому, и я…
— Говори толком, в чем дело, — поторопил ее брат.
— Леня…
— Леня? Кулагин? У тебя с ним проблемы? Он тебя обижает? — Началов почувствовал, как в нем закипает кровь.
— Нет! Нет, дело не в этом! — поспешно отреагировала Лиза. — У нас с Леней все хорошо. Но две недели назад он уехал… В Россию. Я не знаю, что у него там за дела, Андрей, но у меня нехорошее предчувствие… Очень нехорошее. Вот я и подумала, что, может быть, ты что-то знаешь…
Некоторое время Началов хранил молчание.
— Нет, мне ничего не известно о Кулагине, — сказал он наконец. — Я даже не знал, что он вернулся. Зачем он приехал, Лиза?
— Я не знаю…
— И ты для этого позвонила мне? Только для этого? Да?
— Андрей! — Девушка не выдержала и разрыдалась. Сердце Началова тут же болезненно сжалось, и он пожалел о том, что дал волю эмоциям. — Мне не к кому больше обратиться… А я очень волнуюсь за Леню. Сначала он сказал, что слетает в Россию всего на пару дней, потом позвонил и сказал, что задержится… И вот уже две недели… Я не знаю, что он задумал…
Слова, смешанные с рыданиями, давались Лизе с трудом. Андрей почти физически чувствовал, в каком сейчас состоянии его сестра. И он не мог этого вынести. Все остальное моментально отошло на второй план.