Вызывала жжение мысль, что он недостойный, но так реально и было. И так всегда будет. Это то, что он заслужил.

Блу не разрушит отношения с человеком только потому, что его коварное тело хотело провести немного времени внутри Черной Чумы.

Более того, она внезапно начала нравиться Блу.

И более того, он был помолвлен, а Эви - не работа.

– Обновление информации, - уточнил он.

Она уставилась на него.

– Серьезно? После всего, что я сделала для тебя, не можешь начать со «спасибо»? Вместо этого, должен рявкать команды, словно я собака-робот, которой просто полагается подчиняться.

Могли бы она просто пустить все на самотек? Сделать все от нее зависимое, чтобы принять долбаный вызов?

– Спасибо, - выдавил он.

– Ты не прощен, - сообщила она... и, как ни странно, это усилило раздражение.

Несмотря ни на что, она иногда забавляла его. Маленькая вспыльчивость была непредсказуема, как буря...

Она скрестила руки на груди.

– Я бы тоже хотела обновить информацию, ну ты понял.

– Я расскажу все, - сказал он и кивнул.
– Но сперва я. Пожалуйста.
– Он должен знать.

Ее глаза сузились с подозрением, когда она произнесла:

– У меня такое чувство, что ты говоришь «сперва я» многим девушкам. И в этом случае, я сомневаюсь, что ты знаешь что-нибудь, так или иначе. Но, хорошо. Известий от отца я не получала, но знаю, человек был найден на месте взрыва и доставлен в ближайшую больницу. Тот же человек вскоре исчез, гражданские лица не знают, как, почему, или куда.

– Думаешь, это был Майкл?

– Да. Я также думаю, что он в правительственном медицинском учреждении...

– Знаю одно, - вставил Блу.
– Если он был доставлен туда, то не остался там надолго, потому что он не знал бы, кому доверять. В момент, когда он пришел в норму, нашел бы выход из положения.

Она потерла переносицу, волна отчаяния пошла от нее.

– Я не позволяю себе беспокоиться о нем сильно, потому что знаю, что он хитрый и сильный и невероятно изобретательный, но это так не похоже на него, оставить меня в неизвестности.

Да. Это не сулит ничего хорошего.

– Ты слышала что-нибудь о Джоне и Соло?

– Нет. Извини.

Ее голос звучал искренне.

Блу кивнул, чтобы она знала, что он слышал ее. Затем рассказал все, что помнил о взрыве. Пока он говорил, она отвернулась от него, как если бы она не могла вынести эмоции, что проступали на его лице. Он не сказал, что может чувствовать ее печаль.

Она думает о своем отце с болью?

– Как быть с системой безопасности здесь?
– спросил он, меняя тему, в качестве акта милосердия.

Она глубоко вдохнула, а когда встретилась с ним взглядом, то он подумал, что увидел намек на благодарность.

– Это потрясающе. Конечно. Но в ловушку ты не попал ни разу, не так ли? Добро пожаловать, кстати.

Не отвечай. Только поощришь ее.

– Что за охранную систему используешь?

Она гордо выпрямилась.

– Это мое собственное творение.

Так... она была квалифицированной убийцей, хирургом, а также айтишником? И почему это так сексуально?

– Медовый Барсук, ты, очевидно, не так хороша, как думаешь. Мне удалось залезть через окно без каких-либо проблем.

– Медовый Барсук? Ты только что назвал меня медовым барсуком?
– Она погрозила ему кулаком.
– Сделаешь это снова, и я отрежу твой язык, чтобы носить в качестве амулета-ожерелья. И я уже выяснила недостаток, который позволил тебе вломиться.

– Так все-таки был недостаток. Это значит... Что? Скажи мне. Ты не так хороша, как считаешь.

Ее взгляд метал кинжалы.

– Любой, кому платил зарплату Майкл, был помечен в системе как допускаемый, только на случай, если кому-то было необходимо прийти, чтобы скрыться, пока меня не было.

Прекрасный акт милосердия. Он не хотел думать о ней, как о женщине заботливого типа, но думал, и соответственно стал добродушней и смягчил голос.

– Это отличный повод для нерегулярности системы, - поддразнил он.

Она зашипела, как если бы он ударил ее ножом.

– Как ты смеешь пасть так низко и оскорблять мою программу! Возьми свои слова обратно.