– Не знаю, - Рорк рассмеялся и Ева решила, что она еще может вызывать у него улыбку. – Но я на это не согласна.

– Хорошо. Тогда давай обратимся к Мире.

– Думаешь, она уболтает Жабо выйти из меня?

– Гипноз может дать некоторые ответы.

Ева покачала головой.

– Я не упрямлюсь. Ну, ладно, может быть, - призналась она, заметив, как поднялись брови Рорка. – Но сейчас я никого не желаю в это втягивать. Я просто никому не хочу говорить, что пригласила мертвую женщину пожить у меня в голове, ну, или где там она. Потому как это именно то, что я сделала.

Засунув руки в карманы, Ева начала ходить по комнате.

– Я сказала ей: «Конечно, входите». Возможно, обрати я внимание на то, что она говорила и имела в виду, я бы заперла эту дверь. Вместо этого я соглашалась на всё на свете, пытаясь спасти женщину, которая, как говорит наука, была уже мертва. Это не имеет совершенно никакого смысла! И по этой причине мне нужно выбросить это из головы. Нужно, - настаивала она, - я должна расследовать эти дела – именно дела – своей головой, своими мозгами. Именно, черт побери, своими. Что я бы и сделала, оставь она меня одну.

– Значит, ты будешь бороться с этим с помощью логики и инстинктов? – Рорк решил, что бокал вина не помешает им обоим.

– Это то, что мне остается. И это то, что привыкла делать я. И если в этой лишенной смысла части меня есть хоть какая-то логика, то, когда я найду убийцу и Беату, Гизи оставит меня в покое. И если я в это не поверю, то мне можно смело запереться в комнате и сидеть в углу, посасывая палец.

Рорк протянул Еве бокал, а затем коснулся щеки.

– Значит, мы найдем и убийцу, и Беату. А пока мы сохраним кое-какие моменты только между нами. На двадцать четыре часа. Мы будем работать по твоему плану, а я найду кого-нибудь, кто сможет покончить с тем, что произошло. Но если за двадцать четыре часа ничего не произойдет, мы будем действовать по-моему.

– Это похоже на ультиматум.

– По большей части это именно он и есть. Ты можешь тратить время на споры, а можешь начинать работать. Я не согласен делить жену с кем-то больше чем на день.

– Я не твоя собственность, Умник.

Рорк снова улыбнулся.

– Но ты моя. Можем поспорить на эту тему, - он пожал плечами и отпил вино, - и ты потратишь на это часть отведенных двадцати четырех. Хотя, это может завести тебя, поэтому – я готов.

– Самодовольный ублюдок.

– Может тебе захочется выругаться на меня на русском или венгерском.

– А еще говорил, что это я люблю язвить. Двадцать четыре, - Ева сделала глоток вина, размышляя, как она сможет выторговать еще пару часов, если это потребуется. – Давай посмотрим результаты проверок.

Рорк отдал голосовую команду вывести данные на экран и прислонился бедром к столу Евы.

– Твой главный подозреваемый, - начал он. – Большая часть этой информации у тебя уже была, проверка второго уровня только добавила некоторые детали, и я включил сюда твои заметки. Квартира Элли Мэдисон, где Алексей Баринов, как было подтверждено, начал свой день, в десяти минутах хотьбы от аллеи. Возможно, даже меньше, если речь идет о здоровом спортивном парне, который мог пройти это расстояние быстрым шагом или даже пробежать. И примерно столько же от ресторана, где у него был поздний завтрак. И от его квартиры, - добавил Рорк, вызывая на экран карту города. – Эти места расположены в одном районе.

– Значит, он мог выскользнуть, добежать до места, надеть маску, зарезать Жабо и вернуться. Но для этого он должен быть уверен, что она в этот самый момент будет в нужном месте, и запастись чем-то, защищающим от брызг крови. Ведь нападая так, как напали на Жабо, невозможно уйти с места преступления чистеньким, чтобы подтвердить своё алиби за поздним завтраком.

Ева начала ходить перед экраном.

– Алексей мог назначить ей встречу, указав точное время. Мог сказать, что у него есть информация о Беате. Но всё это слишком хорошо спланированно для импульсивного парня со взрывным характером.

– Ему нужна была причина, чтобы уйти во время завтрака, если мы берем за основу установленное тобой время смерти, или же перед ним, если мы руководствуемся наукой, - предположил Рорк. – Он пошел на встречу, увидел Жабо в аллее – для этого ему нужно было идти с этой стороны. Он злится, достает нож, нападает на неё.

– Зачем ему маскироваться?

– Ева, Жабо могла видеть его лицо. В каком она находилась состоянии, когда вы столкнулись? Думаю, не будет преувеличением сказать, что она была не в себе.

– Нет, она видела Дьявола. – На мгновение Ева замолчала. – Я знаю. Видела это. У меня было ... видение в той аллее. Я знаю, что она видела.

– Хорошо.

Поскольку Ева ожидала ссоры, даже жаждала её, он посмотрела на Рорка круглыми от удивления глазами.

– Даже не знаю, радоваться или злиться, что ты отнесся к этому так спокойно.

– Не так покойно, как могло показаться, но спокойнее, чем ты. И, если ты говоришь, что видела то же, что и она – значит, так оно и есть. В деле, так сказать, замешаны потусторонние силы – хотя это и кажется логичным.