Так закончилась карьера авантюриста, японского наемника Унгерна фон Штернберга. По приговору Чрезвычайного Революционного трибунала он был расстрелян в Новосибирске.

С бароном было покончено, но по монгольской земле все еще рыскали белые банды. В них началось разложение. Заговорщики во главе с подполковником Хоботовым схватили Резухина и прикончили его.

Остатки унгерновцев стали стекаться в Дзун-хурэ. Но дороги на Ургу прикрывали отряды Сухэ-Батора. С небольшим отрядом цириков джанджин поскакал в Дзун-хурэ и быстро разделался с деморализованным противником.

Были еще ожесточенные бои. Красномонгольские конники под командованием Сухэ-Батора окружили 1-ю бригаду унгерновца Хоботов а и разбили ее наголову.

Другая группа бандитов побежала на восток, в Маньчжурию. Бума-Цэндэ со своими полками преследовал ее до Халхин-Гола.

В Западной Монголии события развивались так.

На Хас-Батора и Максаржаба была возложена задача ликвидировать улясутайско-кобдоскую базу белогвардейцев.

Максаржаб действовал решительно. С отрядом в восемьсот сабель он неожиданно нагрянул на банды Казанцева и Шубина. 22 июля Максаржаб поднял в Улясутае народное восстание. Ставленники Унгерна Ванданов и Штейн были убиты. Весь штаб Ванданова расстрелян.

Еще западнее, в районе Кобдо, против Кайгородова, Казанцева и Бакича действовал объединенный отряд под командованием Хас-Батора и Бакалова, Хае-Батору удалось освободить Кобдо. Но белогвардейцы сосредоточили армию свыше четырех тысяч человек. Они располагали тремя орудиями и тремястами шестьюдесятью снарядами. Бакич, Кайгородов и Казанцев намеревались повести атаку на монголосоветские войска, окружить их у озера Толбо-нур, а затем прорваться в Кош-Агач.

Многодневное сражение закончилось разгромом белобандитов.

Но один монгольский отряд, насчитывавший около четырехсот цириков, был осажден в монастыре у озера. Отряд возглавлял Хас-Батор, и белогвардейцы решили взять революционного командарма живьем. Они обложили монастырь со всех сторон. Враг имел многократное превосходство. Началась длительная осада.

Осажденные по нескольку раз в день предпринимали атаки, но каждый раз отходили с потерями. На двадцатые сутки кончилось продовольствие. Питались тухлым мясом убитых лошадей. Погода установилась холодная, иногда падал снег. Цирики мерзли. Появились больные. Белобандиты неоднократно предлагали Хас-Батору сдаться. Но командарм решил стоять до последнего.

— Лучше умереть, наступая, чем жить трусом и предателем, — говорил он истощенным до последней степени цирикам. — Революция победила, и врагу не удастся сломить нас. Помощь придет. Красные придут.

И цирики верили своему командиру.

— Вырвемся или умрем за революцию! — призывал Хас-Батор своих бойцов.

Хас-Батор решил прорваться. Это была яростная атака. Удалось потеснить белобандитов. Но вот Хас-Батор ухватился за грудь и медленно опустился на землю.

— Передайте товарищу Сухэ-Батору… — прошептал он и замер.

Смерть командарма не сломила дух бойцов. С ожесточением кидались они в рукопашный бой и умирали. Впереди всегда был боец с алой ленточкой на груди — тот самый гонец, которого Сухэ-Батор прижимал к сердцу.

На сорок второй день красные цирики решили погибнуть все, но не отступить. И в это время подоспела помощь. Да, помощь пришла! Полк Красной Армии под командованием Бакалова уничтожил банды и освободил цириков.

Известие о гибели любимца партии Хас-Батора ошеломило Сухэ-Батора. Ему представлялись снеговые вершины Монгольского Алтая, всадники на низкорослых крепких конях, а впереди Хас-Батор, добродушный, веселый в кругу друзей, но непреклонный, беспощадный к врагам.

Почему живет богдо-гэгэн? Что полезного сделали для революции Бодо и Данзан? Почему смерть взяла Хас-Батора, без которого стало неуютно на земле?

Кучеренко, Гембаржевский, Цибектаров, Хас-Батор, сотни отважных людей — все они отдали жизни за дело революции.

Нет пощады врагам! Красная Армия останется в Монголии до тех пор, пока не будет уничтожен последний белогвардеец, пока страна не воссоединится полностью под властью Народного правительства.

Еще не закончились бои на западе и востоке Монголии, но уже было ясно, что силы Народной революции победили. Всадник слез с коня и занялся государственными делами. Это было намного сложнее, чем вести полки в атаку, рубить ненавистных белобандитов.

Сухэ-Батор обратился с просьбой к Советскому правительству отложить вывод Красной Армии из Монголии, и эта просьба была удовлетворена.

Государство… Обширные пространства от снеговых вершин Монгольского Алтая до Большого Хингана, от Восточного Саяна, покрытого непроходимой тайгой, до безводной пустыни Гоби. На этой территории свободно уместились бы Франция, Испания и еще какие-то государства, вместе взятые. Семь тысяч километров границ, которые нужно защитить от врагов. Но государство — это не только степи, леса и горы.