– Что?! – разъярился Виктор. – Как это – ушел? И где мне теперь его искать?!

– Покупателей много. Поспрашиваем, не видел ли кто, куда отправился заводчик зверушек, – предложила Даша.

После короткого совещания было решено поступить именно так. Путники разделились и условились собраться в том же месте через десять минут, даже если никакой полезной информации разузнать не удастся. Все покупки водрузили на лошадь, и отшельник забрал вьючного скакуна с собой. Джамаф напоследок заставил своих спутников заучить на языке пепельников такие фразы, как: «Вы не видели здесь зоопарк?» и: «Не знаете, в какую сторону только что ушел караван с животными?» – и еще несколько необходимых словосочетаний.

Виктор, отделившись от группы, сперва немного запаниковал. Все-таки незнакомый город, огромное количество высокорослых пепельников, глядящих на него как волки на зайца, да еще и нервирующая ситуация с этим болотником. Но иномирец собрал всю свою волю в кулак, ненадолго прикрыл глаза и сосредоточился на необходимом. Ему позарез нужно было оставаться спокойным.

Первые встречные лишь пожимали плечами, когда слышали вопросы о торговце редкими животными и птицами. Кто-то указывал на место, где болотник был час назад. Кто-то говорил, что видел искомый объект всего пару минут назад, но на поверку это оказывался кто-то другой. Со временем появлялись и такие, кто махал рукой в сторону, куда якобы отправился торговец, но у каждого это направление разнилось с остальными. А полагаться на какое-то одно было глупо. И потому Виктору пришлось возвращаться в место сбора несолоно хлебавши.

Даше повезло не больше. Она чувствовала себя немного виноватой, потому что в последние несколько месяцев она почти научилась чувствовать животных и растения на расстоянии, чуять их направление и состояние. И на открытой местности у нее бы удалось засечь «беглеца», но в данный момент вокруг находилось слишком много живых существ, источающих такую бурную и непреодолимую ауру, что начинала болеть голова.

А вот Джамаф оказался куда удачливее. Только заметив на порядок погрустневших иномирцев, он жестом позвал их за собой и по пути начал объяснять:

– Этого болотника видели буквально несколько минут назад. Он укомплектовал караван и отправился на запад через пески. Что, несомненно, странно: в той стороне вплоть до границ вашего герцогства нет ни единого мало-мальски крупного города. Да чего уж, там даже селений-то нет. Все это очень дурно пахнет.

– Нам надо следовать за ним, – решительно заявил Виктор. – Я не брошу Чарли. Он мой друг.

– Я соглашусь, – кивнула Даша. – Он не мог далеко уйти за один час. Мы его вмиг догоним.

– Разумеется, с таким грузом, как у него, торговец будет двигаться очень медленно. Но наблюдатели заметили, что он был не один – с ним шел защитный эскорт. Вооруженная конница. По-видимому, наемники. Давайте лучше сделаем так: я отведу вас домой, а сам вернусь и попытаюсь немного разузнать об этом чудном болотнике, хорошо? Одному мне будет легче. А к утру я вернусь и все вам расскажу. Возможно, узнаю его маршрут.

Виктор боролся с тем, чтобы ответить «нет», казалось, целую вечность. Его трясло и разрывало от злости, от желания убить гнусного торгаша. Но как только рука Даши коснулась плеча иномирца, тот мгновенно остыл. Тяжело вздохнув, он сказал:

– Ты слишком добр к нам, Джамаф. Спасибо за помощь. Возвращаемся домой.

Отшельник удовлетворенно улыбнулся и, не теряя времени, направил лошадь в сторону оазиса.

Светила стояли в зените. На небе не было ни облачка, а слабый ветер, нестерпимо горячий, только нагнетал жару. В воздухе пахло выжженной травой и машинным маслом, бочек с которым вокруг железнодорожной станции стояло по меньшей мере пять дюжин. Жесткая выгоревшая трава скорее выполняла функцию иглоукалывания, нежели служила мягкой подстилкой для абсолютно голого и бессознательного тела.

Неподалеку от состава из паровоза и одного некрытого вагона в тени палатки обедал тучного вида мужчина средних лет. Его телеса покрывали широкие штаны, просторная рубаха, кожаные перчатки до локтей и насквозь пропитанный маслом длинный фартук. Мужчина медленно, предвкушая наслаждение от долгожданной трапезы, развернул небольшой сверток и вытащил оттуда несколько вареных картофелин да кусок печеной свинины. На лице механика заиграла довольная ухмылка, когда первая картофелина, щедро сдобренная солью, отправилась в его рот, раскрошившись на густую бороду и длинные, свисающие почти до ключицы усы.

Мужчина не спеша поглотил свой обед, запил все это каким-то содержанием из старой фляги и довольно потянулся, громко захрустев суставами. День предстоял долгий, но механик не унывал, потому что любил свое дело как никто другой: его задачей было заниматься подвижным составом на железнодорожном пути, или иначе – следить за поездом. «Красотка Лесли», как мужчина ласково называл паровоз, являлась первой экспериментальной моделью этого типа транспорта, и было нелегко убедить герцога в целесообразности этого проекта, чтобы тот выделил необходимое финансирование. Но мольбы о спонсорстве остались далеко позади: теперь железная дорога соединяла Гавенстон – станцию близ Авельона и станцию имени Ганника Чаризза – ныне покойного прадеда нынешнего герцога. Раньше поезд имел собственное расписание – он прибывал в Гавенстон раз в неделю. Теперь же, с недавних пор, дорога на север герцогства оказалась закрытой, но механик по одним ему понятным причинам продолжал возиться с этой непонятной пока для нынешнего общества кучей железа.