Майор только согласно пожал плечами.

— Вот и получается, что анекдот содержит в себе не только якорь, который помогает ему быть запомненным, но и носитель — то, ради чего его передают другим. Анекдот — это простейший мемовирус, который содержит в себе все, чтобы люди его запоминали и передавали друг другу. Вот при этом и эпидемология. Мемовирусы распространяются очень похоже на обычные вирусы, даже модели можно использовать те же самые.

— А что за модели? — поинтересовался майор.

— Да, обычные, классические, — отмахнулся Отто, — Как вы думаете, как медики определяют откуда эпидемия началась и как распространялась? Тут то же самое. Правда с мемовирусами есть и дополнительные методы, еще лучше, но классические способы определения источника используемые для биовирусов с мемовирусами тоже действуют. Скажем, появился слух, думаете сложно определить, откуда он пошел?

— Нам обычно не очень, — скромно ответил безопасник, — Но иногла, да, бывает. А можно об этом поподробнее?

Учитывая о чем он размышлял буквально несколько минут назад, совсем неудивительно, что Карл заинтересовался заявлением ксенолингвиста, и теперь внимательно вслушивался в ответ, который ему очень эмоционально выдавали.

— … неспециалист может подумать, что достаточно записи, когда какой код вируса зарегистрирован, но это чушь собачья! Оригинальный вирус может распространяться скрытно и лишь значительно позже попасть в поле зрения исследователя. Если добавить географическую информацию, то становится чуть легче. Если в городе А вирус появился раньше чем в городе Б, то вряд ли его занесли из города Б в город А, верно? Действительно вряд ли, но возможно! Может мы просто обнаружили его позже. А может он много раз попадал из одного города в другой и обратно…

Ксенолингвист продолжал бубнить про распространение вируса, но Карл уже понял суть его речи — выяснить откуда взялся вирус, это, конечно, «пара пустяков», но есть бесконечное число способов сделать это неправильно, о чем теперь ему подробно и рассказывалось. То есть, обо всех тысяча и одном способе сделать это неправильно. Мысленно отстранившись от потока сознания собеседника, он стал ждать, когда же появится возможность вернуть ксенолингвиста к сути дела.

— Ну, хорошо, — встрял он в паузу, когда Отто переводил дух, — Я понял, восстановить всю историю распространения сложно. А можно выяснить откуда он появился в самом начале?

— С биологическими вирусами? — переспросил Отто, — Можно, но с биологическими вирусами это не очень надежно.

Почему-то Карл ни минуты не сомневался, что так оно и будет. Но все-таки уточнил:

— А с мемовирусами? Ну, скажем, со слухами?

— О, тут все куда проще, — с энтузиазмом откликнулся Отто, — Особенно, если мемовирус искусственный. Я вам уже говорил, что мемовирусы состоят из якоря, носителя и нагрузки. Правда, говорил? Ну, ничего, напомню еще раз. Якорь — это то, что цепляется за сознание и заставляет запомнить вирус, носитель — это то, что заставляет его передавать другим людям, а нагрузка — это то, ради чего создают искусственные мемовирусы, то, что будет передаваться вместе с якорем и носителем. Так вот, у оригинального вируса нагрузка — это и есть то, ради чего он создавался. Она осмысленна, если знать цель вируса. Но те люди, которые его передают друг другу, в большинстве своем этой цели не знают, а то и не поддерживают. Так что нагрузка мутирует. И чем дальше вирус уходит от источника, тем менее вразумительная нагрузка и тем менее она поддерживает цель. Конечно, возможна случайная мутация в обратном направлении, но сами понимаете, настоящий хорошо сделаный мемовирус — это как сложная машина. Каковы шансы, что такая машина случайно соберется или починится из запчастей, лежащих на свалке? К сожалению, у меня нет под рукой хорошего примера, а то я бы вам показал.

— С примером я как раз мог бы помочь, — оживился Карл, — Помнится, в одном из учебников академии была вымышленная задача на раскрытие заговора во флоте с подробным списком зарегистрированных слухов. Было бы интересно, как вы с ними разобрались бы и смогли бы ли найти первоначальные варианты. Только имейте в виду, учебник секретный, подпадающий под ваш контракт, обсуждать даже с коллегами нельзя. Подойдет в качестве примера?

— Хотите проверить? — почти самодовольно улыбнулся Отто, — Давайте ваш секретный пример!

Карл вызвал перед собой виртуальный экран, видимый пока что только для него самого, и показал на нем список всех перехваченных сообщений. Быстро сместил даты сообщений на несколько месяцев и скрыл год, а потом переименовал упоминавшиеся корабли абстрактными буквами А, Б, В и так далее, после чего развернул экран к ксенолингвисту и позволил тому его увидеть.

— Ну, как? — поинтересовался Карл.

— Любопытно, любопытно… — ответил Отто, и начал гонять сообщения вверх-вниз по экрану.

Вообще-то, поскольку экран был виден только Карлу и Отто, со стороны это выгладело как будто двое офицеров гоняют что-то по невидимому экрану, но это мало кого удивляло. Мало ли как люди развлекаются? Может в настольный хоккей или там в «морской бой» играют…

Практически все образованные люди, а также сто процентов госслужащих, включая всех служивших во флоте, чуть ли не со школьного возраста имели импланты для дополненной реальности. В частности, все знаки различия, включая так испугавший поначалу Отто «глаз Гора», были чисто виртуальными, видными только тем, кому положено. То же относилось и ко многим системам управления, и если надо, даже к форме, надетой на людей.