Весной 1941 года из штаба округа пришло неожиданное распоряжение: выслать всю артиллерию корпуса на полигоны, находящиеся в приграничной полосе.

Он счел это мероприятие неоправданным: время напряженное, артиллерия должна находиться в корпусе.

Стал доказывать, убеждать. Заверил штаб округа, что все положенные упражнения артиллерия корпуса отработает на месте. Артиллерию оставили в корпусе.

К его корпусу на случай мобилизации были приписаны автомашины, принадлежавшие гражданским организациям. Рокоссовский приказал проверить весь приписанный автопарк, предложил хозяйственникам привести его в полный порядок.

Особое внимание уделил обучению молодых танкистов: ведь корпус механизированный. Учились по железному правилу — в условиях, максимально приближенных к боевым.

Каждый день возникали новые вопросы, каждый день надо было принимать решения. Но повседневные дела и заботы не могли заслонить главное. А главным была война на Западе, война, которая приближалась к нашим границам. Нужно было разобраться в обстановке, глубже понять причины несомненных успехов гитлеровской армии, установить, что нового внесли в стратегию и тактику немецкие генералы.

Было ясно, что гитлеровцы особое внимание уделяют использованию танковых и моторизованных частей. Недаром по полям Польши и Франции лавиной шли их танки. Рокоссовский не сомневался, что, начав войну против СССР, они применят такую же тактику.

Большую роль в войне в Европе играла бомбардировочная авиация. Тревожила мысль: а как наша противовоздушная оборона, как наши истребители, наши зенитчики? Готовы ли отразить удар врага?

Внимательно изучая ход войны на Западе, Рокоссовский подметил один и тот же прием немецко-фашистских генералов: концентрация сил в один кулак, удары мощными клиньями, высокий темп наступления.

Еще одна характерная особенность была в их действиях. И эта особенность тревожила Рокоссовского. Внезапность! Скрытно подготовившись, собрав грозную группировку на намеченном главном направлении, усыпив и обманув бдительность противника, гитлеровцы неожиданно обрушивали на его позиции мощный удар.

Внезапность в руках противника — тоже оружие — оружие мощное, грозное, приносящее, как правило, в первый момент несомненный успех. Вот почему на первом плане у Рокоссовского была неусыпная бдительность, боевая готовность. Надо быть начеку! Он твердо знал: чем быстрее корпус будет приведен в боевую готовность, тем лучше выполнит он свой долг перед народом и партией….

И вот он наступил — суровый час проверки мужества и воинского мастерства.

Пройдя 200 километров, части корпуса 24 июня 1941 года с ходу вступили в бой. Гитлеровцы, не ожидавшие удара, попятились. Бойцы корпуса под командованием Рокоссовского оттеснили немецко-фашистские войска за Стырь, успешно атаковали их в районе Олыка. Были захвачены пленные и трофеи.

Так началась для Константина Константиновича Рокоссовского Великая Отечественная война.

Спустя два дня части корпуса нанесли еще один удар по врагу в направлении Дубно.

Эти бои на небольшом юго-западном участке огромного фронта были настолько успешными, что нельзя было не почувствовать: стратегия «молниеносной войны» против Советского Союза дала еще одну, пусть небольшую, но все же ощутимую трещину.

Непрерывные бои под Луцком и Новоград-Волынским продолжались. У врага было подавляющее преимущество в живой силе, танках, авиации. Корпус Рокоссовского нес потери и в людях, и в технике.

Но воины корпуса воевали умело и стойко. Они держали подвижную оборону. Вели упорные бои за каждый населенный пункт, за каждую высоту, за каждую переправу. Но главное, бойцы приобретали боевой опыт, учились и в обороне, и при вынужденных отходах бить ненавистного врага.

Скупо в первые дни войны отмечали наградами отличившихся воинов. Армия отступала. И все же генерал Константин Константинович Рокоссовский за умелое руководство боевыми действиями был награжден орденом Красного Знамени.

Четвертым!

Командиры соединений, полков, батальонов, красноармейцы в те тяжелые дни видели генерала Рокоссовского на переднем крае, там, где было особенно трудно, где решался успех боя. И это сдружило Константина Константиновича с бойцами и командирами. Они верили ему, верили его опыту, знаниям, его таланту военачальника.

Верил в своих подчиненных и генерал Рокоссовский. С гордостью сознавал он, что его окружают люди, на которых можно положиться. Особенно высоко он ценил добрые, дружеские отношения с командирами частей, их помощь и поддержку — одним словом, то, что называется «чувством локтя».

Нежданно-негаданно поступило распоряжение немедленно прибыть в Москву. Стало известно, что Рокоссовского предполагают назначить на более высокую командную должность.

Конечно, повышение, последовавшее в первый месяц войны, было высокой оценкой его умелых боевых действий, командирских способностей. Но ему не хотелось уезжать из корпуса. Уезжать от уже испытанных в нелегких боях друзей, от солдат, в стойкости и боевой зрелости которых он уже убедился. Было такое чувство, словно ему предстоит еще раз сызнова начать эту войну.