— Жоган подозревает, что они были здесь из-за тебя, сиятельный, — сказала Синния, небрежно вращая жидкость в своём бокале. Она уже догадалась, в какую сторону клонится разговор.

— Он обеспокоен, что ты возобновил союз, вероломно заключённый Кервином, сиятельный, — добавил Селиддон, и его золотистые глаза вспыхнули.

Ах да, мой милый потерянный Кервин, — ответил Ахирн, снова посвящая в свои печальные мысли Лира. — Я был бы очень счастлив увидеть его вновь, но Айден никогда не открывал мне, куда он был сослан.

Настрой его мыслей умолял об ответе, и Лир был единственным, кто был в состоянии его дать.

В течение нескольких мгновений трое Нэвир поигрывали своими бокалами, заговорщицки предоставив Лиру возможность прервать их.

— Сиятельный, — сказал Лир, со своего место у дверей, переходя прямо к делу: — Жоган требует, чтобы мы увеличили твою стражу. Для твоей собственной безопасности в это неспокойное время, — пояснил он совсем не убеждённо.

— Ах, Лир! — воскликнул Ахирн, поднимаясь на ноги. Словно был очень удивлён, услышав его голос. — У тебя сейчас есть свободное время, чтобы выпить с нами, я надеюсь?

Страж колебался, но затем встал на ноги и шагнул в комнату. Он остановился прямо перед ясновидцем и преклонил одно колено, крепко сжимая кисть Ахирна в своих руках.

Ахирн улыбнулся:

— Пожалуйста, молодой Лир. Это ещё не святые мощи.

— Сиятельный, ты слишком добр ко мне, — сказал Лир, пристально глядя вниз на отполированный пол. — Я предлагаю свои услуги, чтобы доставить сообщение Светлейшему Кервину.

Разве Жоган одобрит такой поступок? Я не хотел бы подвергать опасности твоё положение в Доме Тейрту, мой Лир. — Ахирн мысленно усмехнулся: «Мой Лир» был превосходен.

— Повелитель Айден приказал мне удвоить твою стражу. Это всё. Пока я не получил дальнейших указаний, не вижу причин почему я не могу быть полезен тебе, атесдан.

Это великодушно и почтительно с твоей стороны, мой дорогой Лир. Я не забуду этой услуги.

Лир прикоснулся лбом к руке ясновидца и встал. Он круто развернулся и вышел за дверь.

— Это было просто, — заметил Селиддон после того, как Лир ушёл, делая изрядный глоток из своего бокала.

— Он хочет служить. Его дамашир требует чего-то более утончённого, чем грубый Айден. Он просто нуждался в альтернативе. Имея выбор, многие из эльдар предпочтут наш путь. В этом наша суть, — грустно улыбнулся Ахирн. — Я просто дал ему этот выбор.

— Ты призывал Пауков Варпа, сиятельный? — спросила Синния, когда увидела этот спектр чувств, прошедших по лицу ясновидца. — Они пришли из-за тебя?

Ахирн откинулся на спинку стула и изящно сжал бокал между большим пальцем и указательным.

— Нет, моя прекрасная Синния, я никого не призывал. Я не могу знать, почему Пауки пришли сегодня, но я могу видеть их в бессчётном множестве вариантов возможного будущего, и я знаю, что преданность Айони наполняет душу Эйнгил; я чувствовал это даже в тот момент, когда она осквернила святыню.

— Может быть, пришло время обратиться к ней за помощью, сиятельный? — предложил Селиддон, неловко выражая словами мысль, которая витала вокруг стола.

— Возможно, — ответил Ахирн, поднимая взгляд от своего бокала и неопределённо улыбаясь.

— ПРИГОТОВЬСЯ, — ПРОСТО сказала Эйнгил, когда она со всей силы налегла на тяжёлые двери и толкнула их.

Внизу по центру показалась неровная полоска света, похожая на ряд зубов, затем двери распахнулись, и Силти обнаружил, что в изумлении смотрит на домен Ансгар, как если бы видел его в первый раз.

Он прошёл рядом с экзархом под перемычкой над проёмом двери и обвёл взглядом пейзаж, щурясь от резкого света после многих лет тренировок в затенённых залах храма. Казалось, целую жизнь тому назад он стоял на краю этой зелёной лесной зоны и слушал Бедвира, собравшего Дом Ансгар для финальной битвы Династических Войн. Даже юный Силти встал в ряд позади доблестного патриарха, подвигнутый справедливостью его слов так же, как и неустрашимостью его меча.

С тех пор пейзаж изменился. Зелень казалась какой-то менее яркой, и листва — менее пышной. Деревья были тонкими, а их листья стали редкими. Легендарная умбала стояла в центре поляны прямо перед ступенями храма, покрытая сияющим энергетическим полем, которое защищало её от вредителей или браконьеров, и сами эльдары казались сгорбленными и едва волочившими ноги. На поляне работала примерно дюжина ремесленников, призрачных кузнецов и других мастеров, которые вырезали безделушки из дерева или формировали их из призрачной кости между мощными потоками энергии.

Когда храмовые двери со скрежетом отворились, все глаза поднялись к ним, и словно озарились на мгновение искрой надежды.

Силти почувствовал силу их ожиданий, но он не понимал чего именно.

— Чего они хотят?

Еды, наверное.

Ответ был не таким, как ожидал Силти. Он принял его как глоток крепкого напитка, невольно содрогаясь, несмотря на всю решимость казаться невозмутимым.

— Они — бродяги? — спросил он, стараясь найти объяснения фактам, которые видели его глаза. — Ищущие Путь?