— А ты свирепый парень, не правда ли? — акцент у незваного гостя был странный, не похожий ни на жаргон Верхней Комморры, ни на просторечие Нижней, скорее нечто среднее. — Не бойтесь, у меня нет оружия, как и недобрых намерений, я просто удивлен, что встретил здесь таких же путешественников… и, кстати, привет, Синдиэль! Я не видел, что ты там сзади прячешься!

Морр резко развернулся и пристально посмотрел на Синдиэля. Серая фигура воспользовалась этим мгновением, чтобы скользнуть к стоящим рядом Ксагору и Харбиру. Движение походило на невероятно длинный шаг, хотя на деле пестрый незнакомец просто исчез и появился в другом месте. Глаза под маской-домино оценивающе посмотрели на миропевицу, лежащую на плече Ксагора.

— Ясно, ты был занят. Недавние события стали гораздо понятней. Спасибо.

Морр рыкнул и взмахнул смертоносным клинком, намереваясь отсечь серой фигуре голову. Его цель как будто совершила галантный поклон, и острая как бритва полоса разрушения пролетела там, где ее уже не было.

— Мне бы хотелось потанцевать с тобой, Морр, честное слово, но у нас нет на это времени.

— Скажи, кто… эта личность, Синдиэль, — потребовал Морр.

— Чепуха, я могу говорить за себя. Это от меня Синдиэль получил тот маленький шарик, который привел вас сюда.

— Это правда, — признался Синдиэль. — Нас познакомила Линтис.

— И как там Линтис, хм? — весело спросил одетый в серое. — Вообще, как там все твои маленькие лесные друзья, Синдиэль? Они помогли найти тебе то, что ты искал? Думаю, твои новые друзья явно говорят, что им не повезло.

— Нет. Линтис была так же пуста и напитана ложью, как все остальные, — тихо ответил Синдиэль.

— Хватит, — прервал Морр. — Помоги нам или уходи.

— О, я вам помогу. Не беспокойтесь. Миропевица не может уйти обратно, а вы не можете оставаться здесь, поэтому вы все должны двигаться вперед по пути, который сами себе проложили…

Пестрый незнакомец остановился и на миг привстал на носки, приложив руку к одному уху, изображая, что прислушивается. Снова раздался вой, и стали видны чудовищно искаженные силуэты, просачивающиеся сквозь куски полупрозрачного вещества вокруг.

— Конечно же, придется немного заплатить, — продолжала серая фигура. — Неприятно, но есть определенные традиции и обычаи, которым надо подчиняться.

— Назови цену! — крикнул Синдиэль. — Какая бы она ни была!

— Угадай с трех раз.

— Миропевица?

— Нет, нет, я уже сказал, что не могу ее забрать. Попробуй еще раз.

— …Я? — сглотнул Синдиэль. Пестрый мелодично засмеялся в ответ.

— Ты же совсем не понимаешь шутку, да? Бедный Синдиэль. Последняя попытка.

— Камни… духа, — пристыженным голосом проговорил Синдиэль.

— Да! Я заберу камни духа, которые вы сняли с Кораллион, Линтис и, кажется, Белта. Их души заслуживают лучшей участи, чем плен в Темном Городе. Я прослежу, чтоб они добрались до дома.

Харбир, Аэз’ашья и Морр, с меньшей или большей охотой соответственно, вытащили драгоценные камни, которые забрали у павших странников на Лилеатанире. Маленькие самоцветы начали сиять искрометным аметистовым блеском, и души, заточенные внутри, светились подобно звездам в ночи. Существо в сером осторожно спрятало их, и снова воцарился мрак.

— Ты получил плату, — прогремел Морр. — Теперь выполни обещание. Отведи нас в Комморру, и без всяких игр.

— Вести вас? О нет, я никогда, никого, никуда не веду, а вовсе даже наоборот. Я просто дам вам знать о доступных путях. Пойдете вы по ним или нет — решайте сами. Мы обсудим это позже, в другое время, а пока что времени нет, так что я скажу вам лишь: лил’ашья ноис шаа оум.

Слова прозвенели в воздухе, как чистые колокольчики. Агенты закричали от ярости и разочарования, увидев, что добыча исчезла. Туман и полупрозрачные обломки вокруг них растворились, их сменило бесконечное ощущение падения. Безжалостная черная пустота ринулась на них со всех сторон, окутала и потянула еще глубже вниз.

И вдруг они обнаружили, что находятся посреди бесплодного склона, который исчезал внизу под мятущимися облаками ржаво-красного смога. Из них поднимались скошенные силуэты, останки машин или зданий, давно прогнивших до самых остовов. Тусклый красноватый свет сочился сверху, всепроникающий смог превращал небо в перевернутую чашу крови.

— Железный Шип, — выдохнул Морр. Название прозвучало как проклятие или молитва.