Она вернулась обратно и замерла. У тлеющего костра сидел проснувшийся Селет. Илльфи удивленно посмотрел на нее.

– Я хочу спрятать его, – сказала Трей, прижимая Одиса к груди. – Вдруг его найдут туземцы? Тогда Ноиса принесут в жертву. А я этого не хочу…

Селет слушал, качал головой.

– Мы можем вместе… – закончила нерешительно Трей.

– Нет. Ты сама. Я не должен знать, где ты его спрячешь.

– Почему?

– Если туземцы нас найдут раньше, чем земляне, они могут… заставить меня сказать где мы оставили машину… А если я не буду знать где – то не проболтаюсь. Они же телепаты, – пояснил он свою мысль, увидев удивленный взгляд Трей. – Они могут прочитать мои мысли. Ты правильно придумала – иди скорей, пока Денис не проснулся.

Трей побежала вниз. Вот как. Селет думает, что их могут и не найти.

Туземцы… Вот уж радость жить в их деревне! А ее мысли они не могут прочитать? Нет! Селет ведь не может.

Ниже их лагеря в каньоне еще стоял утренний туман. Но Трей быстро нашла дерево с желтыми плодами. Она положила Одиса на песок и разулась. Дымка клубилась над ручьем, скрывая прибрежные камни. Трей не хотелось оступиться и намочить обувь. Шорох за спиной заставил девочку обернуться. На ветку дерева села крупная птица. Под ее весом ветвь дерева качнулась, и пара плодов упала на землю. Один откатился к босым ногам Трей. Птица переступила с лапы на лапу, потрясла перьями и запела. Чистые переливы понеслись прямо к вершинам скал и, отвечая на этот призыв, первые солнечные лучи упали на певунью.

Трей подхватила Одиса. Нужно спешить если она не хочет начать разговор с машиной. Трей не рискнула прыгать по камням как вчера – ведь камни были скрыты туманом. Ей пришлось осторожно нащупывать пальцами ног дно, чтобы перебраться на другой берег. Вода дошла почти до колен, подол платья намок, от холода ломило ноги. С Одисом в руках Трей было трудно удерживать равновесие. Она обернулась на миг, посмотреть на дерево и птицу, все так же самозабвенно выводящую рулады, и в лицо ей ударил солнечный свет. Трей зажмурилась от неожиданности, а миг спустя солнце коснулось ее шеи и груди, а еще через две секунды на Одисе вспыхнул синий кристалл – машина включилась.

Трей, не обращая внимания на острые камни, что кололи ее ноги, вздымая тучу брызг - бросилась на другой берег. Яма, что она выкопала вчера, оказалась мала для Одиса. Она вытащила его обратно и начала углублять яму.

– Что ты делаешь? – спросил Одис. В голосе машины слышалась тревога. Что ж, этот бог имел на нее право.

Песок больше не выкапывался. Трей оцарапал пальцы о камни. Она снова примерила яму для Одиса. Почти подошло, но макушка машины упрямо торчала наружу. Одис понял, что задумала Трей, и торопливо заговорил.

– Девочка, ты совершаешь большую ошибку. Ты не должна так со мной обращаться. Ведь я тебе ничего не сделал. Я не могу остаться здесь в яме, здесь сыро, нет света, ты погубишь меня, не делай этого. Это очень-очень плохой поступок…

Трей решила ничего не отвечать. Но это не значило, что она не слышала, что говорит Одис.

– Это очень жестоко с твоей стороны. Почему ты хочешь убить меня? Почему ты решила, что я должен здесь остаться? Я заботился о туземцах много лет, без меня они пропадут…

– Не пропадут! – ответила Трей. Она вскочила на ноги. Нужно спрятать Одиса в другом месте!

– Пропадут! Пропадут! Они как дети – неразумны, они привыкли ко мне, они не знают многих вещей, им нужен советник, помощник во всех делах – и это я! Ты не только погубишь меня, но и изменишь их мир, девочка. Ты не должна этого делать. Если ты пришла из цивилизованного мира, а это так и есть, я же вижу, что ты и твои друзья умненькие, замечательные детки, то ты должна знать, что вмешиваться не нужно. Каждый должен жить своей жизнью…

Трей побежала к скалам, не слушая Одиса. Все что говорил он – она говорила себе вчера. Сомнения снова охватили ее. Но она помнила и печальные глаза Ноиса, помнила блеск металла на его шее, помнила черноту ямы, куда его собрались отправить по приказу машины.

Она продралась сквозь кустарник и начала карабкаться вверх по гладким камням. Кажется, там вверху есть что-то похожее на пещеру или расщелину. Трей забралась еще выше. Ура! Она засмеялась от счастья. Отверстие – большое, туда этот Одис влезет! А вход можно заложить камнями. И тогда Одис не получит свет и умолкнет. Тут даже сухо. Трей засунула руку в пещерку, проверяя все ли там в порядке. Там были ветки и мусор. Она выгребла их наружу и увидела, что это не ветки, а гнездо какой-то птицы. Но гнездо старое, внутри несколько скорлупок. Если кто и вылупился в этом гнезде - то давно.

Трей выкинула гнездо и быстро спустилась вниз на песок. Туман над ручьем уже испарился. Трей оттерла руки о платье и взяла Одиса.

– Что ты теперь задумала, вредная девчонка? – зло спросил Одис.

– Увидишь, – ответила Трей. – Вы хотели, чтобы было сухо? Там сухо!

– Ты не понимаешь, что делаешь! Ты должна отнести меня в деревню! Если ты сделаешь так – я попрошу, чтобы вас наградили. Что ты хочешь в подарок?

– Ничего!

Трей положила Одиса на очередной камень, забралась следом и снова взяла его в руки.