Доктор обернулся к детям.

– Ну, теперь можно заняться и вами.

В животе у Трей похолодело. Ей совсем не хотелось, чтобы ею занимались.

Селет сказал:

– Я здоров.

– Угу, – сказал доктор, – сейчас мы это и проверим. Ну, кто первый?

Доктор указал на большой полукруглый ящик с откинутой крышкой. Очевидно, в него придется залезать, а сверху его закроют...

Селет насупился, и Трей сказала:

– Давайте я…

– Это совсем не страшно, ты ничего не почувствуешь, – сказал доктор и помог забраться ей в эту коробку, – только лежи спокойно.

Внутри оказалось мягкое покрытие и сложные приборы. Крышка плавно закрылась и тут же заиграла приятная музыка. «Нет, ничего плохого мне не сделают» – решила девочка. Десять минут спустя крышка открылась, и доктор разрешил ей выбраться.

– Кто ударил тебя по голове? – спросил Ленси.

– Что? – Трей удивленно взглянула на доктора. – А… это я сама… об дерево.

– Неужели?

– Да… то есть, нет… – заговорила Трей в панике. Она и забыла, что Арис ударил ее. Столько всего случилось. Ей не хотелось жаловаться на адалов, если бы не они – она никогда так и не попала бы домой. И не она ли цапнула Ариса за палец? Но тогда, получается, что она, не успев попасть к землянам, начала им врать!

– Ну, ну, успокойся, – доктор присел около нее на корточки. – Что с тобой?

– Она думает, что адалов за это накажут, – сказал Селет.

– Что ж, если ты так хочешь – я никому не скажу. С тобой все в порядке, детка, ты почти здорова. Немного не хватает витаминов в организме. Последнее время вы питались скудновато, так?

– Откуда вы все знаете? – спросила Трей.

– Это не я, это прибор, – ответил доктор. – Вот этот аналитический томограф. И последнее, дай-ка пальчик, возьмем немного крови для анализа. Это не больно.

Трей узнала приборчик Джей Ригас. Правда в этот раз, когда карандаш коснулся ее руки, она почти ничего не почувствовала.

– Молодец, – сказал доктор. – Тебе не помешает набрать килограмма три-четыре веса. Знаешь, что для этого нужно делать?

Трей закивала головой.

– Значит знаешь. Все, беги к своей тете. Она тебя уже заждалась! Трей обернулась и увидела, что Джей Ригас стоит за прозрачной дверью медотсека.

Селет проводил Трей печальными глазами. Она даже не посмотрела на него! И ничего не сказала. Как будто его тут и не было. Это он должен был первым согласиться на томограф, она-то такой штуки и не видела раньше. Не то чтобы он боялся обследования… просто не любил. Можно же что-то не любить?

– Знаешь, – сказал доктор Селету, – давай просто поговорим? А обследуемся как-нибудь в другой раз. Ты не против?

Селет удивленно взглянул на врача. Ему еще не доводилось видеть доктора, способного отказать себе в удовольствии обследовать кого-нибудь, если такая возможность есть.

– Я здоров, – повторил Селет, прикидывая, с чего вдруг такая щедрость? – А, ваш аппарат настроен на землян?

– Ты молодец… илльфи. Умница, правильно угадал, – похвалил врач мальчика. – Может быть ты мне теперь расскажешь, что с вами приключилось? Особенно про адалов. Боюсь, Трей слишком увлечена новой встречей и не сможет мне все подробно рассказать. Ты обижаешься на нее?

– Я? Нет!

Обида это совершенно пустое занятие. Каждый должен делать то, что считает правильным. Вот она и делает то, что хочет. А ему обидно. Это неправильно и некрасиво… чувствовать обиду. И еще обманывать.

Селет взглянул искоса на доктора, ожидая строгого выговора. Такого, какой всегда получал за вранье.

Но доктор смотрел по-доброму и как-то мягко улыбался. Селет ощутил, что доктор действительно настроен очень доброжелательно к нему, это был теплый ровный интерес, желание сделать приятное маленькому илльфи… «Маленький илльфи»… – так называл его доктор мысленно. Это что же, Селет прочитал мысли этого землянина? Ой, этого же совсем нельзя делать!

Это неправильно и стыдно!

Илльфи так не делают.

– Извините, – прошептал мальчик.

– Извинить за что?

– Я… – и тут он понял, что доктор даже не догадывается, и уж, конечно, не чувствует, что Селет сделал это. И можно ничего не объяснять, но тогда это снова будет ложь? Пусть так, пусть ложь, только бы не изменилось это приятное, мягкое, дружелюбное отношение. Слишком долго он терпел равнодушие орионцев и холодное презрение адалов, слишком долго был обузой для Трей…

Ленси не мог понять, что привело его гостя в такое смятенное состояние духа. Он не слишком много знал об илльфи, и мальчик был прав, аппарат действительно был настроен на землян, хотя на корабле были программы для обследования всех известных рас… Но доктор чувствовал, что обследование сейчас не самая важная часть знакомства.

– Если не хочешь, можешь ничего не рассказывать, Селет. Совсем ничего. У нас еще будет время.

– Я… – Селет запнулся. Ничего не говорить? И можно не рассказывать и о том, что он понял, о чем подумал доктор? Но про адалов-то можно рассказать… Почему бы и нет?